Книга Русалка, страница 30 – Марина Кистяева

Но не тут-то было.

Как только кучер остановил коляску, и они сошли на землю, Петр прямо посмотрел в глаза нареченной невесте и уверенно сказал:

— Думаю, вы мне не откажите в чашечки чая на сон грядущий.

Что-то в его поведении изменилось. Ирина попыталась понять, в чем дело, но потерпела фиаско. Этот новый Петр Ракотин заставил её не на шутку разволноваться.

— Боюсь, что вынуждена вам отказать. Час поздний.

— А я попробую настоять, сударыня.

Между ними происходило настоящее противостояние, борьба двух характеров. На этот раз уступила Ирина, равнодушно пожав плечами.

Они прошли в гостиную, Ирина кликнула Татьяну и распорядилась подать себе чаю, а Петру Сергеевичу — вина.

Она скинула шаль на диван и подошла к окну. Ни поддерживать разговор, ни развлекать незваного гостя она не собиралась.

— Ирина Васильевна, нам необходимо объясниться, — первым нарушил затянувшееся молчание Петр.

— Неужели? — нарочито лениво осведомилась девушка, хотя её сердечко взволнованно билось. Они впервые остались с Ракотиным наедине с момента объявления об их помолвке.

— Да! — Петр в безмолвной ярости сжимал кулаки. У данной особы просто талант выводить его из себя! — Так больше продолжаться не может….

Ирина резко развернулась на каблуках и прервала его, страстно заговорив:

— Вот тут я с вами полностью согласна, господин Ракотин! Так больше продолжаться не может!! Неужели вы готовы довести этот фарс до конца? Неужели вы не понимаете, к чему приведет наше венчание?!

Ирина говорила столь страстно, что от волнения её грудь начала возбужденно вздыматься, а глаза засверкали. Не смотря на гнев, разрывающий Петра изнутри, он невольно залюбовался девушкой и из его груди вырвался приглушенный стон. За что Провидение послало ему в наказание столь очаровательное существо? Какие неисправимые грехи он совершил в прошлом, что сейчас обстоятельства так терзают его?

— О чем вы говорите?

— А вы не понимаете? — Ирина порывисто сделала несколько шагов ему навстречу. Теперь их разделяло небольшое расстояние, и Петр уловил чарующий аромат её духов. — Вы должны отменить свадьбу! И чем скорее вы это сделаете, тем будет лучше для нас обоих! Я прошу вас, Петр Сергеевич, одумайтесь! Подумайте о том, что вы совершаете! Вы делаете непоправимую ошибку! Вы нас обоих обрекаете на страдание!

Петр нахмурился.

— Замолчите! — приказал он. — Я своего решения не меняю! Никогда! Мы обручены, и после Покрова станем мужем и женой!

Ирина гневно прищурила глаза.

— Никогда! Я в последний раз взываю к вашему здравому смыслу! Мы друг другу чужие люди….

Теперь Петр её оборвал на полуслове.

— В этом вам меня не удастся упрекнуть! Я каждый день старался сблизиться с вами, побольше узнать вас, в конце концов, подружиться с вами, но вы каждый раз отталкивали меня!

— И буду отталкивать вас и впредь, господин Ракотин!

В последствии Петр не мог понять, что побудило его сделать следующий опрометчивый поступок. Он быстро преодолел то жалкое расстояние, что их разделяло, схватил девушку за плечи и притянул её к себе. Его жесткие губы впились в мягкий девичий рот. В голове билась только одна мысль: заставить несносную красавицу подчиниться, усмирить её тщеславие, пусть и подобным образом!

Ирина на мгновение задохнулась. Ничего подобного она не ожидала! Когда сильные руки притянули её к мужскому телу, она протестующе пискнула. Что за вольность!…. Меньше всего она собиралась позволять Ракотину себя целовать! Никогда! Ни за что! Да как он посмел!