Книга Пышка по протоколу, или Босс, держите корону!, страница 93 – Алекс Скай

Он помолчал.

— Нет. Переформулирую. Это не из-за того, какая вы. Это из-за того, что вы мешаете им использовать привычный порядок.

Я моргнула.

— Вот это уже лучше.

— Учусь.

— С трудом?

— С трудом.

На пороге появилась Лика. Она явно пыталась выглядеть так, будто не слышала ничего из нашего разговора, но на лице у неё было выражение человека, который одновременно охранял эмоциональный периметр и вел внутреннюю стенограмму для будущего музея корпоративных чудес.

— Елена ждёт в переговорной, — сказала она. — Служба безопасности дала первичный отчёт.

— И? — спросил Кирилл.

Лика посмотрела на меня, потом обратно на него.

— Там Вадим. Вероника. И кто-то внутри финансового блока, кто имел доступ к синхронизированным файлам Лики.

— Моим файлам, — сказала Лика так, будто хотела лично извиниться перед всей историей. — Я всё ещё не понимаю, как документ попал в ту папку.

— Лика, — сказала я. — Если вы сейчас начнёте винить себя, я заставлю вас стоять перед зеркалом и повторять: «Я не обязана отвечать за чужую подлость».

— Это войдёт в протокол человеческого поведения?

— Отдельным приложением.

Кирилл вдруг сказал:

— И для меня тоже.

Я повернулась к нему.

— Что?

— Я тоже не должен сейчас брать на себя всё.

Слова были простые. Но для Кирилла Гранта это было почти как выйти на площадь и публично отказаться от короны, трона и права смотреть на людей как на неудачно собранный отчёт.

— Да, — сказала я. — Именно.

Лика посмотрела на нас и снова быстро опустила глаза в планшет.

— Я сейчас расплачусь уже не корпоративно, а граждански.

— Лика, — сказал Кирилл.

— Молчу. Но горжусь.

Мы вернулись в переговорную не как герои после победы, а как люди, которым сообщили: пожар не погас, просто нашёл новый этаж.

Елена стояла у экрана. На столе лежали распечатки, ноутбук, список адресов и схема пересылки письма. Увидев нас, она сразу перешла к делу:

— Служба безопасности установила, что файл с фотографией договора ушёл с внутреннего хранилища через аккаунт младшего аналитика финансового блока. Он утверждает, что передал доступ Вадиму по рабочей просьбе. Дальше файл появился во внешнем ящике, которым пользовался PR-консультант Вероники Савельевой. Оттуда письмо ушло партнёрам и в канал.

— Аналитик понимал, что делает? — спросила я.

— Судя по первичному разговору, нет, — ответила Елена. — Ему сказали найти «все материалы по дополнительному соглашению с Платоновой». Он выгрузил папку. Не проверил содержимое. Не задал вопросов.

— И теперь хочет провалиться под стол?

— Уже пытался морально.

Лика тихо сказала:

— Это Костя из финансового блока. Ему двадцать три. Он краснеет даже от слова «отчёт».

— Вадим выбрал слабое звено, — сказал Кирилл.

Голос стал опасно ровным.

Я коснулась края стола пальцами.

Он заметил.

Вдохнул.

Не сорвался.

— Я хочу поговорить с ним, — сказал он уже тише. — Не сейчас. После Елены.

Елена одобрительно кивнула.

— Разумно. По Вадиму пока собираем доказательства. По Веронике — аккуратно. У нас нет прямого подтверждения, что она лично дала команду. Только связь через её консультанта.

— Она будет отрицать, — сказал Кирилл.

— Конечно, — ответила я. — И сделает это красиво. С таким лицом, будто письмо отправили её скулы без согласования.

Лика закашлялась.

Елена впервые за вечер улыбнулась.