Книга После развода. И не друг, и не враг..., страница 101 – Анна Варшевская

— А взамен?

— Господи, Тейхман, ты меня сейчас за кого держишь? Я похож на человека, который не понял, зачем ты сюда приехал? — смотрит на меня он раздражённо и говорит уже жёстче: — Заведующую роддомом пока не тронут. Ни дисциплинарно, ни административно. Более того, если начмед попытается качнуть ситуацию через её отделение, проверка уйдёт в другую сторону.

— Мне нужны гарантии, — не отступаю.

Да, мы общаемся. Да, нас можно назвать друзьями… условно. Но я прекрасно знаю, что Емельян на своём месте столько лет не просто так сидит. Взять хоть его сына… который закончил первый мед, и которого он продвигает в заведующие. У нас таких называют министерскими выкормышами.

— У тебя сейчас очень интересный тон для человека, который сидит в моём кабинете, — замечает Емельян лениво.

— Мне плевать, — отрезаю чуть резче, чем следовало бы.

— Вот поэтому я тебя и поставил туда тогда, — вдруг усмехается он. — Ты единственный из кандидатов был достаточно отбитый, чтобы реально полезть в это болото.

В дверь тихо стучат, внутрь заглядывает Василиса.

— Емельян Андреевич, через семь минут у вас видеосовещание.

— Пусть подождут.

Она переводит взгляд на меня, едва заметно поджимает губы — понимает, что разговор серьёзный — и исчезает обратно.

— Так вот, — продолжает Емельян, когда дверь закрывается. — Начмеда мы начинаем снимать сейчас. Но тебе придётся уйти быстро и тихо.

— Я понял.

— И ещё кое-что, — прищуривается он, и я напрягаюсь. — По поводу Макса.

— Мы с тобой вроде бы договаривались… — начинаю осторожно, но Грачёв перебивает, нахмурившись:

— С ним… есть кое-какие сложности.

— Слушай, это твой сын, так что я…

— Он хочет пока прийти в отделение обычным врачом, — морщится Емельян.

А я растерянно замолкаю. Да ладно? Что, там у парня присутствуют мозги? Ну так это же прекрасно… хотя судя по настрою Грачёва — не очень. Видимо, хочет сынку сразу карьеру. Ну да ладно, не моё дело.

— Давай мы разберёмся с этим делом чуть позже, — говорю наконец.

— Да, — немного рассеянно кивает Емельян, но тут же снова сосредотачивается, закрывает папку. — Да, ладно. Документы оставляй. Я запускаю это сегодня, прямо сейчас. Василиса! — зовёт громче.

Василиса тут же заходит в кабинет, забирает протянутые документы, молча кивает и выходит.

— Спасибо, — поднимаюсь с кресла.

— Не благодари раньше времени, Тейхман, — устало говорит он. — «Спасибо» после такого обычно говорят либо на пенсии, либо после оправдательного приговора.

— Надеюсь, до этого не дойдёт, — хмыкнув, пожимаю протянутую ладонь и выхожу из кабинета.

Ну что ж… маховик запущен, осталось теперь дождаться результата.

На автомате достаю завибрировавший мобильный, отвечаю.

И торможу на полном ходу от слов, которые слышу.

Потому что это говорит Олег Дмитриевич, лечащий врач матери.

— Константин Альбертович, вам нужно приехать. Срочно. И… возможно, Лариса Александровна тоже сможет приехать. Если захочет попрощаться.

Лара

— Откуда?.. Как?!..

Растерянно смотрю на Марину, только что сказавшую мне про снятие Кости.

— Он же… только сегодня утром должен был поехать в министерство! — машинально подношу руки к голове, тру пальцами занывшие виски. — Он даже, наверное, всё ещё там! С чего ты взяла? И почему так уверена?

— Начмед сегодня заявил об этом на всё отделение, — хмурится Марина. — Буквально полчаса назад. С этой его интонацией, как он умеет… сама знаешь.