Книга Билеты в один конец, страница 139 – Слава Доронина

Мы идем с Владом позади. Он дает мне руку.

Мимо проезжает автобус – яркий, туристический, с открытыми окнами и музыкой. В нем машут люди, смеются, атмосфера веселая, беззаботная. Так и хлещет эмоциями. Влад окликает Алису, отпускает меня, подхватывает ее. Они машут в ответ и я ловлю себя на том, что тоже улыбаюсь. Ни о чем плохом не думаю. Или блокирую эти мысли. Но снова в этом настоящем. Здесь и сейчас. Насквозь пропитанном нежностью и теплом.

* * *

День пролетает незаметно. А за ним и еще один. Влад ездит на обследование в клинику и, как обещал, подыскал мне женщину в помощницы. Сам провел с ней собеседование и утвердил. Пару раз я созвонилась по видео со Сколаром, когда Таранов был в клинике, доложила ему обстановку. Демьян в ответ и благодарность накидал мне работы, сказав, чтобы я не расслаблялась и мозги были чаще задействованы не только «романтической чушью», как он это грубо назвал, но и юридическими терминологией.

Но они забиты романтикой и любовью. Заняты Владом. И только им. А еще моим желанием, чтобы приступы его… пусть не оставили бы навсегда, но их стало меньше. Или они не носили такой тяжелый характер.

После очередного сексуального марафона, который мы устраиваем ночью, я делаю, как обычно, завтрак и наблюдаю за ним исподтишка. Еще со вчерашнего дня он как-то сник. Движения замедленные. Сейчас и вовсе ложку держит неуверенно, и будто пальцы подрагивают. Плечи опущены. Натянут, как струна.

Алиса подбегает к нему, что-то спрашивает, но он не отвечает.

Откладываю ложку в сторону, которой мешаю бульон на обед, и смотрю на него внимательнее.

Он замечает мой взгляд. Ставит чашку на стол.

— Всё нормально? – спрашиваю прямо.

— Да.

— У тебя руки дрожат и выглядишь бледным… Мы вчера переусердствовали?..

Он трет виски. Смотрит в пол.

— Скоро приступ начнется? – произношу глухо. И когда говорю слово «приступ», будто напряжение под кожей идёт. Как молния по проводам. И она ищет, где прорваться.

— Может…

— И тогда лечение отложится?

— Не знаю.

— Давай поедем сегодня к врачу? Не будем больше ждать. Пожалуйста…

Он качает головой.

— Стимулятор все равно не ставят сразу. Надо анализы, сканирование, проверка всех систем. Это как минимум три-четыре дня подготовки, – прикрывает глаза, будто у него перед ними все вертится. – Но да. Надо ехать. Пока я еще сам стою на ногах. Позвоню сейчас врачу.

Подхожу. Сажусь рядом. Про обед, прогулки и в целом про всё мысли вылетают. Прислоняюсь к его плечу. Мне страшно, но признаться в этом боюсь. И та картинка из больницы… Как приклеенная теперь перед глазами. Не хочу, чтобы ему снова было плохо. И не хочу, чтобы он это переживал. Видеть, как мучается и болеет любимый человек невыносимо.

После полудня мы едем в клинику. Врач настаивает не ждать серии приступов и подстраховаться. Алису сразу ведут в игровую, а нас провожают в зону диагностики. Ассистент перечисляет, что Владу будут делать, затем дружелюбно улыбается:

— Пройдемте? – кивает в сторону кабинета для ЭЭГ.

Таранов сидит в кресле, чуть склонившись вперед. Руки сцеплены слишком крепко, на слова не реагирует.

— Влад? – трогаю его ладонь. – Хочешь воды?

— Нет, – отвечает не сразу и говорит почти шепотом, едва двигая губами.

— Тебе нехорошо?

Но ответа не следует. Он резко сжимается, пальцы вцепляются в подлокотники, мышцы на лице искажаются. Он начинает дрожать всем телом, как будто ток пропускают через позвоночник. Глаза закатываются. Голова дергается назад. И он, ослабев, падает на пол.