Книга Билеты в один конец, страница 135 – Слава Доронина

— А в лучшем?

— Полное излечение никто не гарантирует, но срок службы увеличится. Почему бы не попробовать, правда? – опять подмигивает.

У меня подкашиваются ноги, хотя я и сижу.

— Ты согласился?

Он кивает.

— Да. Мы остаемся. И вероятно дольше, чем планировали. Продлю сегодня проживание на вилле, так что твой отпуск затянется. К экзамену здесь будешь готовиться. Поэтому предлагаю отметить эту новость вкусной едой. И вино хочу. Мне сегодня можно. Впрочем, не только сегодня.

Все выглядит пока хорошо: у нас разрешение, врач, шанс. Но тревога скребет изнутри. Потому что знаю, что этот шанс один из трех. А два остальных… лишь приблизят нас к точке невозврата. И выбор за мной. Именно я подталкиваю его к этому шагу, зная, что цена может быть слишком высокой.

По дороге домой заезжаем в супермаркет, Алиса и Влад дурачатся, пока я набираю всего. Дома отправляю их гулять, а сама занимаюсь ужином. Когда почти все готово – звонит свекровь. Что удивительно. Она, будто как и Толя, вычеркнула нас из жизни, а теперь вдруг вспомнила. Сначала хочу ответить и сделать вид, что ничего и не было, дальше общаться. А потом… потом решаю, что хватит быть терпилой и всем угодной. Наверняка ведь звонит с очередной манипуляцией или проблемой. Без меня разберется. У меня сейчас своих забот хватает.

Из кухонного шкафа достаю бутылку вина. Влад говорил, что сегодня можно. Значит, и мне – можно. Наливаю бокал, выхожу на балкон, наблюдаю за Тарановым и дочерью и думаю: раз уж мы пока здесь – тоже могу показаться врачу и сдать анализы. Влад ведь упоминал, что хочет ребенка. Да, давно. И это был порыв, который ни к чему не привел. Но я… я тоже этого хочу. Какой бы исход ни получил его курс лечения. А еще… ловлю себя на мысли, что давно не чувствовала вот этого: мира и спокойствия внутри. Не борьбы, не готовности ко всему – а простого, живого мира и лучика надежды.

Закатное солнце мягко освещает лужайку, где Влад играет с Алисой. Таранов улыбается. Я наблюдаю за ним. Такой настоящий, родной, красивый. Лучший. И как я могла в первую нашу встречу сразу это не понять, а попросить проводницу подыскать мне новое место? Дурочка. Может, любить его и больно, но это стоит того. Определенно стоит.

Таня

Просыпаюсь среди ночи. Таранова рядом нет. Нахожу его на террасе. На горизонте уже брезжит полоска света.

— Не спится?

Сажусь рядом.

— Ага.

Смотрю на чашку кофе и пачку сигарет на столе. Недовольно качаю головой.

Таранов на это лишь улыбается.

— Когда к врачу?

— В конце недели.

Мы вечером тему не поднимали. При Алисе. Я думала, утром расспрошу. Но сейчас почти утро. Значит можно.

— Этот метод… Он точно безопасный? Я боюсь ухудшения твоего состояния, – говорю как есть.

— Этот метод… – прицокивает. – Немного ада в красивом футляре. И, в принципе, в нем ничего такого. Я переживал вещи и куда похуже. Мне предложили имплант. Маленький такой, размером с коробочку. Под кожу вшивают, в грудь. А от него провод к нерву. Вот здесь, – показывает место на шее, где я часто оставляю засосы.

— И это… помогает?

— Иногда. И не всем. У кого-то приступы почти уходят. У остальных – вовсе без толку. В какой я статистике окажусь – вопрос. Это как с любой операцией: можешь выбрать даже самого лучшего врача, но реабилитация у каждого пациента проходит по-разному. Много нюансов.