Книга Хозяин пустыни, страница 69 – Слава Доронина

Ясин возвращается поздно вечером. Идет в душ, заказывает ужин в номер, наливает воду и выходит ко мне на террасу.

— Как провел день? — чувствуя отголоски вины, спрашиваю я.

— Серфил, потом проводил закат, прогулялся по берегу.

А могли бы снова вдвоем… Хотя я отлично провела время. Побыть в одиночестве тоже иногда полезно. Но все равно почему-то становится обидно.

— Я была не права. Точнее, не должна была так… так грубо с тобой говорить утром, — слова даются тяжело, но я чувствую, что они необходимы.

Особенно после всех его ночных заявлений и попыток сделать мою пленную жизнь хоть каплю разнообразнее. Ну и раз мой побег сорвался, то необходимо смириться, собраться с силами и придумать новый план. А пока довольствоваться тем, что есть. И делать шаги навстречу, а не наоборот. Эти противоречия вконец меня домотают.

Ясин сжимает в объятиях. Я впечатываюсь в его грудь. На улице уже прохладно, а он такой горячий. Приятный контраст.

— Я не в конкуренции с тобой, Лера, — произносит он тихо. — Но ты будто бы считаешь, что да, и со мной необходимо бороться? Или не со мной вовсе, а с собой?

Мысли в кашу.

— Не знаю…

— Молодец, что признала: можно было обойтись без дерзости. Спокойной ночи.

И, вопреки ожиданиям, что вечер пройдет у меня куда интереснее, чем день, Ясин, целомудренно чмокнув меня в лоб, отправляется спать.

Приходится наступить на гордость и лечь к нему под бок. Не хочу остаток отдыха провести одна в номере.

Утром, позавтракав, он говорит чтобы я собиралась.

— Купальник надевать? — уточняю я.

— Нет, мы не на пляж.

Взяв с собой кофе, мы едем вверх по серпантину, который вьется над океаном. За окном — скалы, кусты молочая, белые домики, прилепленные к склонам. В водительском зеркале видно, как солнце переливается на воде. Красиво. Ну почему не поменять пустыню на океан?

— Это что за место? — спрашиваю я с любопытством.

— Старый португальский форт. Суиба.

— Мы туда?

— Почти.

Он паркуется на смотровой площадке. Выходим. Ветер такой, что я едва удерживаю равновесие. Ясин обнимает меня за талию. Погода сегодня самое то для того, чтобы посерфить, но мы сюда зачем-то приехали.

— Нравится? — спрашивает, глядя на мои растрепанные волосы.

— Да…

Из всего увиденного это и впрямь самое лучшее. Все же бескрайние водные просторы для меня куда привычнее и ближе, чем тонны песка.

Ясин берет меня за руку и ведет за собой. Форт старый, каменный, с облупившейся краской. Интересно, сколько ему лет? О чем и спрашиваю. Ясин рассказывает: португальцы построили его в шестнадцатом веке, потом марокканцы отбили, потом пираты, потом снова марокканцы. Я слушаю краем уха, голос у Ясина низкий, грубоватый. И он стоит слишком близко, смотрит на мои губы, а мне, если честно плевать кто и кого, в какие годы здесь воевал, кто победил, кто проиграл.

— Ты вообще слушаешь? — прерывается он.

— Да. Португальцы, пираты, марокканцы… — перечисляю я.

Все равно чуждая для меня история и страна. И вряд ли станет родной. Чего не могу сказать про Ясина. Лучше бы он относился ко мне сдержаннее. Строже. И не смотрел своими ясными изумрудными глазами с безграничным восхищением.

— Молодец, — убирает прядь волос с моего лица.

Мы еще немного прогуливаемся рядом, потом заходим внутрь.

Там прохладно. Ясин останавливается у арочного окна, оттуда видно весь берег. Я подхожу ближе. Он обнимает меня со спины, кладет подбородок на плечо.