Книга Хозяин пустыни, страница 109 – Слава Доронина

— Чтобы ты ходила с этой мыслью и расстраивалась?

— А сейчас я, по-твоему, рада? Или это отговорка с работой и ты просто оставляешь меня одну?

Марк заканчивает со сборами, подходит и обнимает.

— Лер… — гладит меня по спине, а затем, отстранившись, берет лицо в руки и смотрит в глаза. В них сейчас столько нежности, обожания. — Сердцу иногда не прикажешь. Я здесь явно третий лишний.

— Ты нам с Лейлой не мешаешь…

— Я про того, кто у тебя в мыслях и в сердце. Если ты не поняла, зачем я приезжал, — пусть так и останется. — Наклоняется и чмокает в щеку. — Если что, знай: на меня всегда можно положиться. Береги себя.

Опускает руку на мой живот, и я дергаюсь. Впервые кто-то его касается, кроме меня.

— И его — тоже. Или ее. Но я почему-то думаю, что это она.

Такси подъезжает к воротам спустя полчаса. Марк прощается с нами и садится в машину. Кроссовер медленно едет по узкой дороге вниз, к выезду из города, пока мы с Лейлой смотрим ему вслед. Машина исчезает. Лейла заходит в дом, а я еще долго стою, чувствуя, как внутри расползается пустота. Такая огромная, такая глубокая, что, кажется, заполняет каждую мою клеточку.

Я снова одна. Совершенно одна. Хотя нет… Вместе с маленьким комочком жизни в животе. И полным непониманием, как поступить. У меня даже контакта для связи с Никсом нет, чтобы ему сообщить. Но даже если бы был, все равно, не уверена, что сказала.

— Вот видишь, ты своего ребенка родила, — разговариваю с Джаной. — А мне только предстоит, — вычесываю пони и, закончив, иду на скамейку отдохнуть и попить водички.

В Марракеше, когда я ее заприметила, помню, подумала, что она ходячий живой скелет с жизнью внутри. Чем-то сейчас Джану напоминаю, только живу в хороших условиях, а не в пыльном загоне. И из плюсов токсикоз отпустил, запреты на активность сняты. Но живот все равно тянет. Врач говорит, что это из-за того, что матка растягивает мышцы и беременность первая. Паниковать не стоит. А я все равно прислушиваюсь к себе постоянно, почти каждую минуту. И сентиментальная стала до ужаса, очень мнительная. Долго искала причину этой безотчетной тревоги и пришла к выводу, что с рождением ребенка появится новый и еще больший страх, потому что у дочери никого, кроме меня, по сути, не будет…

На последнем УЗИ врач разглядела пол. Пока предварительно, но я и без диагностики теперь чувствую, кто там. Джана, Сахара, Лейла, я и моя дочь. У нас полный дом девчонок. Кота что ли завести мужского пола?

С тех пор как уехал Марк, прошло два месяца. Дни тянулись, потом вдруг ускорялись, сливаясь в одну непрерывную ленту: утро, кофе, конюшня, итальянский, прогулки, вечер, сон. Я даже не заметила, как лето подошло к концу.

От Лейлы я до сих пор прячу слегка округлившийся живот под свободными платьями. Недомогания списала на проблемы с пищеварением, поездки к врачу объясню этим же. А говорить о беременности пока не планирую, на случай, если она и впрямь докладывает обо мне Никсу. Гинекологу же сказала, что отец ребенка итальянец, который уехал в командировку. Врач посмотрела с сочувствием. Но здесь, в Италии, к таким историям относятся философски: «Pazienza» — терпение, бывает, жизнь такая.

Закончив с утренней рутиной, я иду в любимое место съесть выпечку, попить чай или кофе, почитать книгу. Моя жизнь сейчас состоит из маленьких ритуалов и радостей. В погожие и солнечные дни я много гуляю, а в пасмурные сижу за учебниками. Итальянский сам себя не выучит.