Книга Сводные. Ты не для меня, страница 84 – Нюта Царёва

Раф усмехается, поднимая руки в жесте капитуляции, но в глазах у него прыгают смешные чертики.

Я качаю головой и снова смотрю на Снежка.

Моя она. Только моя.

Я улыбаюсь, не сводя взгляда. Горжусь так, что внутри все светится. Сжимаю подлокотники кресла, не в силах сдержать улыбку.

Она лучшая. Самая красивая. Самая сильная. Моя девочка, которая танцует, сияет, живет на сцене. И я люблю ее за это всем, что у меня есть.

Вдруг музыка обрывается.

Я вздрагиваю, чувствуя, как в груди что-то обрывается вместе с этим звуком.

Вижу, как Снежок теряет равновесие.

Как медленно, будто в замедленной съемке, падает на сцену, едва успев выставить вперед руки. Не понимаю, что случилось.

— Мэри! — истошно кричит Ахмет, вцепившись в мою руку.

Внутри меня все сжимается в один ком боли и страха.

Я стискиваю подлокотники кресла, едва не вырвав их с корнями, потом резко вскакиваю на ноги. Букет падает на пол, а стул с глухим скрипом отъезжает назад. Я готов сорваться к ней, забрать, защитить, закрыть от всего этого зала.

Каждая секунда бездействия кажется пыткой.

Наши глаза встречаются.

Мэри смотрит на меня, ее губы дрожат, в глазах отчаяние. Но вместе с тем я вижу ее силу и замираю.

Я понимаю, что это ее сцена. Ее бой. Мэри сама должна подняться. А я не могу лишить ее этого выбора, этого шанса показать всем, какая она сильная.

Я могу только поддерживать ее морально и верить. И я верю.

Весь зал застыл в тишине.

Я смотрю на нее, на ее хрупкую, одинокую фигурку на полу сцены.

Шепчу губами:

— Давай.

И первым начинаю хлопать. Медленно, четко, уверенно.

Мои ладони отбивают ритм, разрывая напряжение, повисшее в зале.

Через секунду ко мне присоединяются ребята.

Потом несколько зрителей в первых рядах.

Аплодисменты ширятся, растут, заполняют пространство.

Зал оживает, подхватывая мой ритм.

Я не отрываю глаз от Мэри. Моя сильная, смелая девочка. Она сможет. Справится. Она не одна. Мы с ней. Все с ней.

И я горжусь ей сильнее, чем когда-либо в жизни.

Я вижу, как Мэри, несмотря на боль, поднимает голову.

Моя маленькая, хрупкая девочка.

В ее глазах сияет свет. Не страх, не слабость, а сила. Моя сила.

Она медленно опирается на руку, поднимается на ноги. Дрожит, но стоит. И улыбается. Слабо, но так, что у меня внутри все обжигает.

Господи, как я ею горжусь.

Мэри под аплодисменты зала делает первый шаг. Потом второй. И снова вливается в танец. Я сжимаю кулаки, борясь с желанием броситься к ней. Но это ее победа.

Она танцует сквозь боль. Сквозь страх. Сквозь все. Танцует до конца. Невероятно красиво. Невероятно сильно.

Моя девочка.

Я не дышу. Я боюсь даже моргнуть, чтобы не пропустить ни секунды. Каждое ее движение, как стук моего сердца. Каждый ее вздох, как мой собственный.

На последних аккордах я уже не выдерживаю.

Бросаюсь вперед, прорываюсь к сцене.

И ловлю ее на руки, когда она делает последний поворот. Снежок вздыхает у меня на груди, обвивает шею руками. Я крепко прижимаю ее к себе. И целую. Прямо на сцене.

В зале взрыв аплодисментов. Люди встают. Кричат, свистят, хлопают. А я держу свою девочку в объятиях и чувствую, как она дрожит. Она плачет. Слезы катятся по ее щекам и впитываются в мою рубашку.

— Спасибо, Кай... — шепчет она сквозь слезы. — Спасибо за все.

Я прижимаю ее крепче, зарываясь лицом в ее волосы.