Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 87 – Рика Лав

— Чёрт. Ася с ума сойдёт от ожидания. Она и так еле держится.

— Тогда тебе придётся её поддерживать, что ты как маленький? Проследи, чтобы твоя женщина не впала в панику и уныние, — жестко сказал Михалыч, и в голосе не было осуждения, только констатация факта. Я был ему благодарен за это, в такие моменты он заменял мне подзатыльник от моего несуществующего отца. — Отвлекай, ублажай, хоть на цыпочках танцуй и розами осыпай, ну, не глупый же ты мужик! Займи чем-то, не давай зациклиться. И одновременно готовь ее к тому, что органы опеки могут не дать ей ребёнка, даже если родителей лишат прав. Это важно, Кир. Она должна быть готова к такому исходу, иначе сделаешь ей еще больнее.

— Почему? Почему могут не дать? — тупо спросил, обернувшись к столу. — Она родная сестра, она заботилась о девочке, она любит её. Разве этого недостаточно?

— К сожалению, для закона — нет, — вздохнул устало Михалыч. — Потому что есть другие варианты размещения ребёнка — детский дом, приёмная семья с большим опытом и ресурсами. Органы опеки всегда смотрят на то, что объективно лучше для ребёнка с точки зрения материального обеспечения и условий проживания. И если они решат, что у молодой девушки без стабильного официального дохода, живущей в комнате общежития, больше шансов навредить ребёнку, чем помочь, не справиться с финансовой и опекунской нагрузкой — они выберут другой вариант. Даже если она родная сестра, — надавил адвокат последней фразой.

Гнев полоснул по венам, заставил ударить по столу, отчего пару папок соскользнули и упали на пол, рассыпав листки веером.

— Это несправедливо! Она одна заботилась о Марике все эти годы, пока родители бухали и кололись!

— Возможно, ты прав, — согласился Михалыч философски. — Но это система, Кир. Бюрократическая, несовершенная, но это то, что есть. И с ней нужно работать, играть по её правилам, если хочешь выиграть. Поэтому я настоятельно рекомендую Ассоль сосредоточиться на улучшении своих жилищных условий и обеспечении финансовой стабильности в ближайшие месяцы. Это повысит её шансы получить опеку.

Я кивнул, хотя адвокат меня не видел.

— Понял. Я буду работать над этим. Займусь лично. Спасибо за информацию, Михалыч.

— Не за что. Это моя работа. Буду держать тебя в курсе любых изменений, а ты займись своей девчонкой, ей нелегко придется.

Я положил телефон на стол и откинулся на спинку кожаного кресла, глядя в потолок, где играли блики от утреннего солнца, пробивающегося сквозь облака.

Жилищные условия. Финансовая стабильность.

У Аси не было ни того, ни другого. Совсем. Она балансировала на грани, едва сводя концы с концами. Но я мог это исправить. Легко и быстро.

Вопрос был только один — как и каким образом сделать это так, чтобы она приняла помощь, не взбрыкнула, не послала меня нахрен со своей гордостью? Потому что если я просто предложу ей деньги или квартиру в лоб, она пошлёт меня подальше, обвинит в жалости или чём-то похуже, и вообще перестанет со мной разговаривать.

Упрямая, гордая женщина. Которая скорее сдохнет, чем попросит о помощи.

Но именно это и восхищало меня в ней. Эта сила духа и упрямство, эта готовность биться до конца. Но всего должно быть в меру.

Я задумался, барабаня пальцами по гладкой поверхности стола, взвешивая варианты.