Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 537 – Рика Лав

Дэн — мой брат, хоть и не по крови. Мы прошли вместе места, где каждый день мог стать последним, где смерть ходила рядом как верная спутница.

Служили в одном подразделении, ходили на одни операции, спали в одних землянках. Он прикрывал мою спину в бою, я прикрывал его. Мы знаем друг друга настолько хорошо, что можем общаться одними взглядами, без слов понимая, что нужно делать.

Когда он ушел в запас и стал гражданским врачем, я думал, что потеряю этого его. Но Дэн оказался другим. Он всегда рядом, когда нужно, всегда готов подставить плечо, даже если это значит влезть в опасную историю.

И все они здесь сейчас, в три часа ночи, в мороз минус двадцать, рискуя жизнью ради моей семьи. Ради Марики, которую двое вообще не знают толком. Потому что для них семья одного — это семья всех.

Потому что у нас есть негласный кодекс, который выше любых законов и правил. Кодекс братства, верности до конца.

Я оглянулся через плечо. Громов шел, держа пистолет в опущенной руке. Даррен двигался легко, почти бесшумно, как кошка на охоте. Дэн замыкал цепочку, периодически оборачиваясь, контролируя тыл.

Мы дошли до забора, окружавшего участок. Деревянный штакетник, высотой метра полтора, местами покосившийся от времени и снега. Я остановился, показал жестом Грому — перебираемся здесь.

Он кивнул, сцепил руки в замок, подставляя как опору. Я оперся на его ладони, оттолкнулся и плавно перемахнул через забор, приземлился на другой стороне, сразу присел на корточки, осматривая территорию и прислушиваясь.

Тихо. Только ветер шумит в ветвях сосен, гонит снег по сугробам.

Громов перелез следом, массивный, но удивительно ловкий для своих габаритов. Потом Даррен — легко, почти грациозно. Потом Дэн. Остальные ребята расползлись по периметру согласно плану, занимая позиции в укрытиях.

Мы двинулись к дому пригнувшись, используя тени от деревьев как маскировку. Я шел первым, пистолет наготове, палец лежал на спусковом крючке, но не давил — случайный выстрел сейчас сорвет всю операцию. Каждый шаг проверял, нет ли под снегом веток, которые хрустнут и выдадут наше присутствие. Нет ли наледи, на которой можно поскользнуться.

Дом вырос перед нами из темноты — бревенчатый сруб с зеленой крышей, как и описывала Светлана в СИЗО. Окна темные, плотно закрыты ставнями. Сзади виднелся силуэт машины, припаркованной у заднего входа.

Я показал жестом команду — Громов идет к задней двери, проверяет машину и тот вход на предмет засады. Даррен со мной движемся к главному входу, берем его под контроль. Дэн остается снаружи возле угла дома, прикрывает нас и следит, чтобы никто не сбежал.

Все кивнули.

Я подкрался ко входной двери, Даррен встал по другую сторону, прижавшись к бревенчатой стене. Попробовал дверную ручку — заперто, как и ожидалось. Достал из кармана универсальную отмычку, которую всегда вожу в бардачке на случай таких ситуаций.

Тридцать секунд работы, и замок поддался со щелчком. Я выдохнул, убрал отмычку, медленно надавил на ручку. Дверь открылась, петли смазаны — либо дом используют регулярно, либо кто-то специально подготовил его к нашему приходу. Оба варианта настораживали.

Шагнул внутрь первым, сразу прижимаясь боком к стене и давая глазам привыкнуть к темноте внутри помещения. Слабый свет пробивался через щели в ставнях, создавая полосы сияния на грязном полу.