Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 209 – Рика Лав

Дэн гладил её по спине широкой ладонью, и смотрел с болью, она не безразлична ему, моя девочка. Он со мной до конца, как всегда. Мой брат, не по крови, но по духу. Мы пройдём через это вместе.

— Кир, — внезапно прошептала Ася, цепляясь за меня с отчаянием утопающего за соломинку. Подняла лицо и прижалась лбом к моему лбу. — Найди её. Пожалуйста, найди мою малышку. Найди моё солнышко. Я… я умру, если ты не найдёшь её. Просто умру. Не смогу дальше жить!

Что-то сломалось внутри меня — тот последний барьер, который удерживал эмоции под контролем, — и я почувствовал, как к горлу подступают собственные слёзы, как предательски щиплет глаза, но заставил себя сдержаться, потому что сейчас она нуждалась в моей силе, а не в слабости.

Как так можно? Как можно продать ребёнка? Это же не люди, они хуже животных. Животные защищают своё потомство до последнего. А эти… эти…

Я поднялся с пола, подхватывая Асю с собой, прижимая к груди крепко, с облегчением чувствуя, как она обвивает руками мою шею, прячет лицо в изгибе между плечом и шеей, и всхлипывает.

— Идём отсюда, — сказал я Дэну и Михалычу, направляясь к выходу. — Здесь делать больше нечего. Скоро приедут мои люди, полиция, пусть работают. Михалыч, ты поедешь на допрос координировать?

— Кирилл, конечно, — кивнул адвокат, отрываясь от телефона. — Прослежу, чтобы всё было по закону и даже больше, чтобы никаких лазеек для этих… людей не осталось. А ты увози девочку, ей нужен покой и тепло, хотя бы в твоей машине. Я буду держать тебя в курсе развития.

Дэн открыл дверь, пропуская меня вперёд, сам вышел последним, прикрыл за нами, и мы спустились молча.

На улице сгустились сумерки — быстрые зимние сумерки. Снег скрипел под ногами, мороз обжигал лёгкие, фонари отбрасывали жёлтые круги света на белый покров.

Я нёс Асю к машине. Она прижалась ко мне всем телом, ища защиты. Те ублюдки, которые забрали пятилетнюю девочку, пожалеют, что родились на свет.

Найду. Найду эту малышку и верну домой. Потому что моя Ася не переживёт, если я не справлюсь. А я не переживу, если увижу, как она ломается окончательно.

Дэн сел за руль моей машины, а я устроился сзади, не выпуская Асю из объятий.

Мы тронулись с места, уезжая от этого проклятого дома, оставляя позади ад, но увозя с собой кошмар, который только начинался.

Ася

Мир возвращался постепенно, по кускам — сначала тепло рук Кира на моей спине, потом ровное урчание двигателя джипа, мерное покачивание на поворотах, запах уже полюбвшегося одеколона, смешанный с кожей салона и морозным воздухом.

Я полулежала у него на коленях, свернувшись, прижавшись лицом к его груди, слушала, как бьётся сердце — размеренно, спокойно, как метроном, отсчитывающий секунды. Секунды, которые тянулись бесконечно долго, но одновременно пролетали слишком быстро.

Марика. Моя малышка. Где ты сейчас? Боишься ли? Плачешь ли? Зовёшь меня?

Слёзы всё ещё текли. Я уже не рыдала в голос, не билась в истерике. Просто плакала, потому что не могла остановиться, потому что внутри была пустота, которую заполняли только страх и вина.

Я должна была защитить её. Должна была забрать раньше. Должна была найти способ, любой способ, лишь бы она не оказалась в чужих руках. А вместо этого…

— Дэн, — голос Кира негромко прозвучал над моей головой. — Передай, пожалуйста, салфетки из бардачка.