Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 212 – Рика Лав

Я попыталась осторожно переместиться с его коленей на соседнее сиденье. Думала, наверное неудобно ему так долго держать меня. Но едва начала двигаться, как его ладони моментально твердо легли на мои бёдра, удерживая на месте.

— Ты куда, маленькая? — спросил он тихо, поворачивая голову и внимательно глядя на меня.

Я замерла, не зная, что ответить.

— Я… я думала, что тебе неудобно… Я не такая уж легкая… — пробормотала я, опуская взгляд.

Он провёл костяшкой указательного пальца по моей щеке — медленно, нежно, оставляя за собой след тепла. Потом подцепил пальцем под подбородок, приподнимая моё лицо, заставляя посмотреть ему в глаза.

— Что случилось, а? — спросил он серьёзно, изучающе. — Я чем-то обидел тебя? Сделал что-то не так? Скажи мне, пожалуйста, не молчи.

Я резко отрицательно мотнула головой.

— Нет! Нет, ты ничего не… ты всё делаешь правильно, ты… ты идеальный, честное слово, ты… — голос сорвался, и я осеклась.

— Тогда что? — он зарылся ладонью мне в волосы на затылке, массируя и успокаивая. Захотелось замурчать. — Ася, не закрывайся от меня. Пожалуйста, не сейчас. Говори, что на душе лежит, что гложет.

Я вздохнула прерывисто, собираясь с духом.

— Я… я хочу извиниться, — выдавила наконец. — За то, что было у дома. Когда мы вышли, и я… боже, я набросилась на тебя, полезла… — щёки вспыхнули от стыда. — Это было неправильно, ужасно неправильно. Особенно в такой момент, когда речь идёт о Марике, а я… господи, о чём я только думала⁈

Кир вздохнул тяжело и обнял меня, крепче притягивая к своей груди. Одной рукой гладил по волосам, второй прижимал к себе за талию.

— Маленькая моя глупышка, — прошептал он в макушку, в голосе не было осуждения, только какое-то… понимание? — Это нормально, слышишь? Нормально. Психика у каждого человека по-разному справляется со стрессом, с запредельными эмоциями, которые грозят разорвать изнутри. Кто-то бежит куда глаза глядят, кто-то бьёт посуду, кто-то напивается до беспамятства, а кто-то ищет близости, физического контакта, который позволяет хоть на минуту отключиться от реальности, понимаешь? И поверь мне — если бы это был любой другой момент, любой другой день, я бы не просто не остановил тебя. Я бы сам помог тебе забыться, дал бы то, что нужно. Помог бы перезагрузить твоё состояние, вернуться к нормальным эмоциям. Я бы сделал это с таким удовольствием, что только от мыслей об этом я уже возбуждаюсь.

Он отстранился немного, взял моё лицо в ладони, заглядывая в глаза.

— Но именно в тот конкретный момент, именно там, я точно знаю — ты бы потом начала винить себя. Потому что на кону был не просто стресс, не просто твоё самочувствие. На кону была твоя сестра. Твоя сестра, которая в опасности. И если бы мы с тобой тогда… занялись сексом, — он помолчал, подбирая слова, — ты бы после не простила себе никогда. Грызла бы изнутри мыслями — пока Марика где-то там страдает, я искала удовольствия. Понимаешь теперь, почему я остановил? Не потому что не хотел. Господи, Ася, я хотел так сильно, что едва сдержался. Но потому что думал о тебе. О том, как ты будешь себя чувствовать после.

Что-то растаяло внутри от этих слов. От осознания, что он думал обо мне даже в тот момент, когда мог просто взять то, что я сама ему предлагала.

Мои ладони осторожно обвились вокруг его шеи. Я боялась, что он оттолкнёт, но он наоборот притянул меня ближе, прижимая всем телом к себе. Прошептал мне в ухо так тихо, что никто кроме меня не услышал бы: