Книга Бомба для альфача, страница 31 – Аня Истомина

— Тазз, ты чего в телефон вцепился? — подаёт голос Ой, прихлебывая чай. — Выбрал жертву на завтра?

— Ищу, — бурчу, не отрываясь от экрана.

В этот момент телефон вибрирует. Отвлекаюсь на всплывающее уведомление и замираю.

“Отец сказал, что ты молодец, достойно из мин выбрался”, — от Вари.

Сердце делает лишний толчок, а потом пускается вскачь, хотя Варя просто передала слова полковника, ничего лишнего.

Я замираю, глядя на строчку текста. Пальцы зависают над клавиатурой. Написать просто “Спасибо”? Слишком официально и сухо. Написать “Спасибо, я знаю”? Слишком самовлюблённо, хотя это чистая правда.

“Спасибо. А ты как считаешь — нормально выбрался или мог бы и поизящнее?;)” — печатаю, чувствуя, как на губах сама собой расползается ухмылка. Ставлю в конце ржущий смайлик, чтобы Варя не подумала, что мне реально интересно.

Бросаю телефон на грудь и смотрю в потолок, ожидая ответа. Жду как пацан на первом свидании. И ведь понимаю, что, начиная флиртовать с Варей, лезу в петлю: папа-полковник за неё голову открутит, да и не мой типаж она, как ни крути. Но внизу живота всё равно приятно стягивает от ожидания.

— Ууу, Тазз, ты чего? — подозрительно тянет Пророк, переглядываясь с ребятами. — Ты посмотри на него! Расцвёл, как майская роза.

Я резко прихожу в себя, стараясь вернуть лицу привычное непроницаемое выражение.

— Идите лесом, юмористы. Просто смешной мем прислали, — фыркаю.

Но телефон на груди снова вибрирует, и я чувствую этот импульс всей кожей.

— Да ладно, что ты врешь-то? — возмущается он и пристально смотрит на меня. — Ты с кем там переписываешься?

— А какая разница? — усмехаюсь, а мысленно даю себе затрещины.

Что это было? Почему я лыбился как влюбленный идиот? Нахуй-нахуй, не нужно мне ничего. Я не хочу серьезных отношений, а с Варей по-другому просто не получится.

— Покажи, — усмехается Скромник, толкая меня плечом и широко улыбаясь.

— Сначала покажи да расскажи, потом дай попробовать, — хмыкаю, демонстративно не торопясь читать сообщение.

— Да баба там, — улыбается он, отворачиваясь к ребятам.

— Не-а, — вздыхаю.

— Покажи, — снова смотрит он на меня, и я замечаю в его глазах азарт.

— Попробуй, посмотри, — дразню, отвечая на вызов.

Никита, мне, конечно, друг, но слишком борзый для младшего. В нашу команду он попал самым последним и проявить себя еще не успел. А авторитет — дело такое, его заработать нужно.

Зассыт? Нет?

Сверлим друг друга взглядами, и этот камикадзе хватает мой телефон.

Перехватываю руку Скромника, но он тут же выхватывает телефон другой рукой и пытается включить экран. Заламываю его руку за спину.

— Ау, ау, ау! — шипит он, непроизвольно наклоняясь корпусом вниз и уткнувшись лбом в диван, но стоит мне ослабить хватку, как тут же выкручивается из захвата и, упав на пол, пытается откатиться. Не успевает, потому что я наваливаюсь сверху и беру его в удушающий. Выскальзывает как скользкий уж, но я беру массой.

Начинаем бороться, забыв про телефон. Скромник пытается отбиваться, и я получаю болезненные тычки кулаками в бока. Прижимаю его голову к полу.

— Ребята, брейк, — вскакивают остальные.

— Мы только начали, — усмехаюсь.

— Отставить! — рявкает кто-то так громко, что мы замираем оба и смотрим на дверь. В проеме стоит полковник. Его лицо медленно покрывается багровым румянцем. За ним стоит испуганная Варя и смотрит на меня как на бешеную собаку.