Книга (не) Развод под Новый год. Загадаю счастье, страница 45 – Лера Корсика

— Здравствуйте, Дмитрий, это Екатерина Солнцева, — мой голос звучал ровно и четко, как сталь. — Мы не знакомы лично, но вы помогали моей подруге, Ларисе Морозовой, с делом против ее бывшего партнера по цветочному бизнесу.

На том конце провода повисла короткая пауза, скорее всего, он вспоминал. — Да, помню. Дело «Флора-плюс». Чем могу быть полезен, Екатерина?

— У меня ситуация, которая требует не консультации, а… даже не знаю как и сказать… начала полномасштабных военных действий. Против моего мужа. Основания: многолетние систематические измены, попытка публичной дискредитации, а сегодня — похищение нашего несовершеннолетнего сына с целью оказания на меня психологического давления.

Я говорила быстро, без эмоций, просто констатируя факты. Все эмоции словно были заморожены.

Последняя фраза заставила его встрепенуться.

— Похищение? Полиция задействована? — Задействована, но инцидент уже «исчерпан». Ребенок с ним. Это было демонстрацией силы. Шантаж. Акт устрашения… Я не знаю. И это перевело наш конфликт из плоскости бракоразводного процесса в плоскость борьбы за ребенка. Мне нужен человек, который не боится играть жестко. Который умеет находить точки давления и бить по ним, не оглядываясь на условности. Лариса говорила, что вы — именно такой специалист.

В трубке послышался легкий скрип стула — он откинулся назад. — Я работаю по семейным делам редко, Екатерина. Это специфично. И эмоционально затратно. — Я не ищу терапевта, — отрезала я. — Я ищу стратега и киллера в правовом поле. Эмоции я оставлю при себе. Мне нужен холодный расчет и безжалостная эффективность. Бюджет не ограничен. Цель — не просто достойный развод. Цель — максимально возможное ограничение его прав в отношении сына и пересмотр режима общего имущества с учетом его недопустимого поведения. Я готова предоставить доказательства по всем пунктам, включая свидетельские показания его матери о сегодняшнем инциденте.

Я сделала паузу, давая ему впитать информацию. — Вы сказали «киллер в правовом поле». Это сильная метафора. Обычно за ней стоят не менее сильные ожидания, которые не всегда можно оправдать, — его голос стал внимательнее, в нем появился профессиональный интерес хищника, учуявшего крупную дичь, — Я так понимаю, ваш муж не последний человек в нашем городе. — Да. К сожалению. Мои ожидания — закон и его неукоснительное применение. Просто в случае с моим мужем закон, как я понимаю, придется применять с особой… настойчивостью. И творческим подходом. Готовы ли вы к творчеству, Дмитрий?

На другом конце провода раздался короткий, сухой звук, похожий на усмешку. — Творчество — моя вторая специализация. Когда вы можете приехать в офис? И захватите все, что у вас уже есть. Мы начнем с анализа, а потом перейдем к построению наступательной стратегии. Как вы правильно заметили — война не начинается без тщательной подготовки.

— Через сорок минут буду у вас, — сказала я, глядя на адрес, который уже вывела на навигатор.

Я положила трубку и посмотрела на свои руки. Они были спокойны. Тот леденящий холод внутри кристаллизовался в нечто новое — в твердую, негнущуюся решимость. Первый шаг был сделан. Теперь очередь была за профессионалом, чья хватка когда-то так меня восхитила. Пришло время направить эту хватку на шею человека, который решил, что ему все дозволено. И начать нужно было с самого главного — с юридического лишения его самого мощного оружия. Права пугать меня моим же ребенком.