Книга Вдова-аптекарь. Яд для драконьего генерала, страница 64 – Ангелина Сантос

— Пойдём вместе. И выставим скрытую охрану.

Мара обернулась у двери.

— Только с моего согласия и через Лею.

— Хорошо, — сказал я.

Слово было ложью уже в момент произнесения.

* * *

В управлении Дарена Осса не нашли.

Он ушёл за час до прибытия Леи, оставив на столе открытые ведомости и чистый мундир. Дом оказался пуст. Соседи видели, как ночью к нему приезжал закрытый экипаж.

Я принял решение до возвращения в аптеку.

Ивар возражал.

— Она не согласится использовать дом как приманку.

— Поэтому не узнает до расстановки людей.

— Ты подписывал другой порядок после первого взлома.

— Тогда у нас было время. Сейчас Дарен знает план, Роут на свободе, Таль понимает, что мы нашли производство.

— Лея?

— Получит сообщение, когда посты будут на месте. Если запретит — снимем.

— А Мара?

— Будет в доме под охраной. Тиля выведем к булочнику перед сменой.

— Это именно то, чего она запретила.

— Это сохранит ей жизнь.

Я слышал себя со стороны. На Харонском перевале тоже находились причины не сообщать людям правду. Времени мало. Задача важнее. Отказ создаст риск.

Знал сходство и всё равно продолжил.

Ивар отправил ложное подтверждение на внутреннюю линию: план охраны получен, гражданский пост снимут в десять вечера, Мара и записи Эмиля находятся в аптеке. Во дворе булочника разместились шестеро военных без знаков. Ещё двое заняли крышу. У речного переулка ждал закрытый экипаж.

Мара вернулась в «Белую ветвь» к полудню. Тиль встретил её у двери. Я видел через окно, как он что-то говорит, показывает на крышу напротив. Мальчишка заметил военных за несколько минут.

Мара вышла во двор.

— Уберите людей, — сказала она.

Я стоял у угольного люка с Иваром.

— Уже поздно. Подтверждение отправлено.

— Какое подтверждение?

Я объяснил.

Лицо Мары не изменилось. Она только закрыла футляр, который держала.

— Вы сообщили преступникам, что я и бумаги здесь.

— Район перекрыт. Тиль уйдёт к булочнику, вы — в экипаж до начала.

— А если я останусь?

— Не останетесь.

— По чьему приказу?

— Моему.

— У вас нет права.

— При непосредственной угрозе…

— Первый день. Те же слова.

Я замолчал.

— Тогда вы хотя бы считали меня возможной убийцей, — продолжила она. — Сегодня знаете, кто я, знаете, чего боюсь, и используете это знание как повод решить, что мне безопаснее.

— Я использую сведения о нападении.

— Нет. Вы используете власть, потому что так быстрее.

Тиль стоял у двери. Ивар отвернулся, давая нам подобие уединения, которого во дворе не было.

— Операцию уже нельзя отменить без риска, — сказал я.

— Можно. Отправить второй ответ: обнаружена подделка, план изменён. Преступник поймёт, что ловушки нет.

— И уйдёт.

— Да.

— Мы потеряем шанс взять Дарена или Роута.

— Зато решение останется законным и моим.

— Слишком высокая цена.

Мара кивнула, будто получила окончательный результат опыта.

— Для вас.

Она сняла с пояса ключи и положила на перевёрнутую бочку между нами.

— Я прекращаю участие в операции. Экспертный договор расторгаю до решения магистрата. Медицинские записи передам Орсе. Личные отношения закончены сейчас.

— Мара…

— Не называйте меня так, будто имя даёт вам больше прав.

Она повернулась к Тилю.

— Возьми самое необходимое. Мы идём к госпоже Дорн.

— Я поставлю сопровождение, — сказал я.

— Если Лея назначит гражданское. Ваших людей рядом со мной не будет.