Книга Юленька и дракон. Дело вдовы Завадской, страница 2 – Адель Хайд

— Да вроде хорошо, тётушка.

На лице Пелагеи Андреевны сразу расцвела улыбка.

— Ой, Юленька! Как же ты меня напугала! Что ты так близко к сердечку-то своему всё принимаешь?

— А что случилось-то, тётушка? Я ведь совсем ничего не помню, — решила я закрепить успех.

Тётка опять откуда-то достала белый платок, приложила к лицу.

— Ой, дитятко, горюшко ты моё… Может, оно и к лучшему, что не помнишь. А то ведь, вон как распереживалась, ажно дух почти испустила. Хорошо, я приехала, а то так бы и лежала бы на полу, застудилась бы.

Картина примерно начала вырисовываться, хотя пока и непонятно было, кто я, и почему «дух испустила» и где именно нахожусь. Свидетельством о том, что «сбылась детская мечта» попасть в другой мир, служил весь этот музейный интерьер, а о путешествии в другой мир мы с моей подругой Ленкой мечтали лет двадцать назад, сидя в библиотеке детского дома в Выксе, что в Нижегородской области.

А ещё мне стало предельно ясно, что до Нижнего Новгорода я не доехала.

«Эх, Ленка расстроится, — подумала я. — Никогда её день рождения не пропускала, всегда заранее брала билет на поезд, чтобы спокойно добраться, без машины, чтобы посидеть, по бокальчику за здоровье и поболтать.»

Мы с Ленкой выросли в одном детском доме. У меня фамилия Сиротина, у неё — Незнамова. Такие фамилии в доме малютки придумывали тем, кого не знали, как записать. Вот мы с ней вдвоём, Сиротина да Незнамова, с самых малых лет вместе. Ленка так и осталась в Нижнем Новгороде, где был наш детский дом, а я перебралась в Москву.

Жизнь в Нижнем Новгороде мне казалась медленной, не хватало драйва, и я уехала, сначала поступила в текстильный колледж, и то, потому что у них общежитие было, а потом, так меня затянуло, что я пошла учится дальше, и закончила факультет проектирования текстильных тканей, на вечернем, и это стало делом, которое неожиданно стало мне приносить доход.

Дизайны моих тканей теперь почти на всех текстильных фабриках, потому что я не просто дизайн делала, я технологическую карту целиком разрабатывала. И теперь в мои тридцать с хвостиком у меня своё дизайнерское бюро.

Работы было много, времени ни на что не хватало, но вот Ленкин день рождения, я никогда не пропускала.

А тут, встреча за встречей, на поезд опоздала. Думаю, ну что там ехать-то, четыре-пять часов, дождя вроде не обещали, прыгнула в машину, и поехала. А ведь правду говорят, что как бы аккуратно ты машину ни водил, дорога, такое дело, что дурак всегда найдётся.

Вот и на меня нашёлся. Дождь пошёл, я скорость сбросила, а фура, которая позади ехала, да с горочки-то неслась, нет, и сначала был удар, а потом вынесло меня на встречку. А там ещё фура, помню только свет фар, удар, машину закружило, и боль, такая резкая… а потом темнота, и вот это вот. «Юленька! Юленька!»

И я здесь.

Кто в наше время книги про попаданок не читал? Очень хотелось впасть истерику, но понимала, что пока рано, надо разобраться. Я всегда такая была, ещё Ленка говорила: «Вот, Юль, ничем тебя из колеи не выбьешь». Вот и сейчас, надо бы выяснить, что же случилось с Юленькой.

— Тётушка, давай, может, чаю попьём?

— О! Вот это дело! Только чего же это чай, уже и обедать пора, я же к тебе на обед приехала!

Я поняла, что тётка, любительница — вот так вот нагрянуть на обед.