Онлайн книга «Вспомнить нас»
|
— Зачем ты соврала Софье, Люб? Окей, раз так нужно… Раз от меня всё равно ничего не зависит. Меньше всего, от кого мне когда-либо приходилось ждать помощи, — от сводной сестры. Как бы нас не роднили, мы вынуждены лишь сожительствовать. У неё точно имелась причина так поступить, и это не от доброты душевной. — Слишком много нервов для папы. Я хочу, чтобы он спокойно пережил это лето. И, может быть, к сентябрю твой директор передумает разочаровывать его твоим отчислением. Раскалённое жало с припоем так и замерло над платой. Капля слетела мимо. — А ты не видела списки возле расписания? — Я медленно обернулась, чтобы проследить, как Люба злорадно хохотнула. — Мне Рома показал. Вырвался рваный выдох. Но я всё-таки сделала вид, что в курсах и продолжила ковырять в коробочке тающую канифоль. Значит, в этом семестре мне не удалось закрыть долги. Сейчас я бы с радостью это сделала, только бы научилась просыпаться последовательно утро за утром, не теряя по пути месяцы жизни. Интересно, что помешало мне справиться с учёбой в прошлом. Там меня отвлекал явно не секси-режиссёр. Дима замечательный. Он заслуживал спасения и восстановления памяти. Только я сомневалась, что ему может помочь моя мерзкая сестрёнка. — Не обязательно тут сидеть, — бросила я и старательно уставилась на область, в которую собиралась посадить микросхему. — Шла бы ты из моей комнаты, Люб. — Не хочу, — хмыкнула она. — Здесь вкусно пахнет. Еловый густой запах стоял всюду и наверняка пропитывал одеяло с подушками. Здесь не мешало бы проветрить, надеть маску. Спустя вечер непрерывной пайки от этого приятного аромата могло даже тошнить. Я резко обернулась на сестру и, к своему быстро разрастающемуся волнению, увидела, как она… смутилась. — Чё это значит, Люб? «Вкусно пахнет»?! — Не то, что ты подумала! ЗНАЧИТ, ТО! Меня затрясло, и я со звоном швырнула паяльник в подставку. «Слишком много нервов для папы» — в ближайшее время ему будет не до моих проблем?! У сеструхи нашлось кое-что покруче. — И давно это с тобой? — прошептала я словно нежелательный диагноз и прикусила губу. — Я сказала, нет! — прорычала Люба. «Умыла» побледневшую морду. Уставилась на меня, заткнув рот ладонью. И всё-таки пробубнила: — Срок два месяца. Это звездец. — Не делай такое сраное лицо! Нам по двадцать лет, а не по шестнадцать! Мы взрослые девочки! — Раз так, почему шепчешь? Мы обе боязно покосились на закрытую дверь. Через её стёкла просвечивал тусклый свет из соседней комнаты и коридора. Самой интересно, как с недоучившейся до диплома Любой поступит батя. И с Ларцевым — в пирсинге, краске и с корочкой ПТУ. Это он ведь счастливчик? — Не сдавай меня! Слышишь, Алин? Если ты расскажешь, это будет палка о двух концах. Ты подставишь и себя! Я не собиралась. Была до жути напугана, впечатлена откровенностью. Но такой сюрприз и с помощью в тайне долго не продержится! Только чем бы я себя подставила? Я насупилась, высверливая взглядом эту беременную токсикоманку. — Папа с мамой верят тебе на слово, — продолжила Люба меня обрабатывать. — Что ты больше не общаешься с… — С кем? Она намекающе повела бровями. Я. Люба. Рома. Три действующих лица. Общались бы мы с сестрой хотя бы уважительно, родители пришли бы в восторг. Но речь ведь про Водорослю? |