Книга Пункт назначения 1991. Целитель, страница 100 – Виктор Громов

Искорка была тихой, послушной. Она удивительно быстро превратилась в огонек, разгорелась, потекла по венам, заполнила все мое тело, просочилась сквозь кончики пальцев. Дальше магия замерла, застыла, ожидала приказа.

Это было совершенное ощущение — чувство полнейшего, безграничного всемогущества. Меня оно неожиданно напугало. Чудилось в нем что-то неправильное, чрезмерное, навязанное извне. Я чуть-чуть прикрутил мощь, оставив столько, сколько необходимо для защиты. Свил вокруг ладоней светящийся золотистый кокон, подмигнул коту, уловил в его глазах уважение и направился дальше.

Ужас, порожденный воспоминаниями той кошмарной ночи, исчез без следа. Мне стало легко и спокойно. Васенька одобрительно муркнул, поставил хвост трубой и двинулся передо мной, непонятно для чего подсвечивая себе глазами. Так мы и шли с парадной иллюминацией. Гордые и важные. Уверенные в своих силах.

За невидимую границу руин ступили совершенно не таясь, не пытаясь остаться незамеченными. Прошли их на кураже до самого центра и остановились аккурат возле знакомой плиты.

Здесь я понял, что время взяло свое — не пощадило обломки бетона. Довершило дело рук человеческих. Время вообще — самый эффективный разрушитель из всех, что смогла придумать вселенная. Огромная плита, похожая на алтарь, раскололась надвое. Части получились неровными. Меньшая почти полностью раскрошилась. Большая встала на ребро и превратилась в гротескный трамплин.

В получившейся щели проклюнулась молоденькая осинка. Стояла она тоненькая, хрупкая, как девица на выданье. Нервно трепетала листочками. А рядом с ней возвышался знакомый темный силуэт. Был он почти прозрачный. Не осталось в нем прежней страшной мощи — одна лишь бесконечная злоба, крепко замешанная не бессилии.

Меня он увидел сразу. И мне почему-то показалось, что усмехнулся. В голове зазвучал ведьмин голос:

— Видишь, — сказала она, — этот гештальт ты не закрыл. Мало обескровить врага. Надо отправить его восвояси. Скоро построят дома. Сюда пойдут дети. И что дальше? Ты согласен принести нави эту жертву?

Мне живо представилась описанная картина, стало душно, стало тревожно. Я поднял ладонь, зачерпнул полной горстью магии и сказал, стараясь, чтобы голос звучал ровно:

— Ну, здравствуй.

Фантом беззвучно качнулся мне навстречу, не рассчитал сил, развеялся по ветру дымным шлейфом. Дополз до меня призрачными черными нитями. Я вздрогнул и проснулся. В ушах звучал старушечий голос:

— Рано, не сейчас. В яви. Все в яви.

Тихо тикали часы. У печи топотал Васенька. Рядом, уткнувшись носом в мое плечо сопела Вика. Прядь ее волос выбилась из косы и упала на щеку. Я провел по ее лицу рукой, поцеловал мое счастье в губы — тихонько, чтобы, не разбудить, откинулся на подушку и подумал: «Вот, значит, как. Не зря меня судьба привела опять в этот городок. Не зря. Хватит бить баклуши. Пора возвращать долги — пора завершать старые дела».

С этой мыслью я и заснул. На этот раз без нави, без кота и бабкиных нравоучений.

— Знаешь, ночью мне снился странный сон.

В голосе Вики не было тревоги, только задумчивая озабоченность.

— Какой? — Я не почувствовал подвоха. Повернулся, подоткнул под спину одеяло, обнял ее за плечи.

Со сна девчонка была чертовски хороша. Я не сдержался и поцеловал ее в ямочку между ключиц. Вика рассмеялась, отмахнулась ладошкой.