Книга Измена. Беременная жена дракона станет невестой его врага, страница 34 – Виктор Громов

— Сибилла, — сказала она.

Варса посмотрела на горящую надпись, потом на Яру.

— И она принесла с собой стёртое имя первой жены Дайра.

— И она принесла с собой стёртое имя первой жены Дайра.

Слова Варсы прозвучали так, будто Зал сам произнёс приговор — не Сибилле, не Мортану, даже не Совету, а всей лжи, которая десятилетиями лежала под камнем, терпеливо дожидаясь женщины с горящей брачной печатью.

Яра не сразу двинулась.

Перед ней на стене всё ещё горела запись: “Жена Дайра уже однажды носила наследника. И ребёнок исчез по приказу Совета”. Эти строки не мерцали, не расплывались, не позволяли надеяться, что дом показал дурной сон или чужую ошибку. Камень говорил просто. Почти сухо. От этого было страшнее.

Сибилла принесла имя.

Та самая Сибилла, которая несколько часов назад стояла рядом с Мортаном у чаши и смотрела на Яру глазами мягкой победительницы. Та, что говорила о жалости, о будущем князя, о праве рода. Та, что в коридоре шепнула: “Спросите, что случилось с первой женой Дайра”, — и исчезла прежде, чем Яра успела ухватить её за эту нить.

Теперь она пришла сама.

Не во дворец, где за её спиной был Мортан.

Не к Совету, который готов был назвать любую ложь законом.

Сюда. В старый Зал брачных клятв, где стены, по словам Варсы, просыпались слоями.

— Она одна? — спросил Нокс.

Голос у него стал низким, жёстким. В нём не было удивления, и это встревожило Яру сильнее, чем если бы он резко обернулся или потребовал оружие. Нокс не любил неожиданности, но умел мгновенно превращать их в поле боя. Сейчас он уже просчитывал: зачем Сибилла пришла, кто мог её отпустить, кто шёл следом, какую цену она попросит за имя и не является ли само это имя ловушкой.

Варса ответила не сразу. Она стояла в проёме галереи, тонкая и прямая, с лицом женщины, которая слишком долго служила дому, где правда редко приходит без платы.

— У внешней арки она одна. За границей двора есть следы чужой охраны, но они не вошли под клятвенные знаки.

— Дайры? — спросил Нокс.

— Нет.

В этом “нет” было слишком много.

Яра повернулась.

— Чьи?

Варса посмотрела на неё так, будто решала, сколько правды выдержит женщина после вечера, который и так разобрал её жизнь на части.

— Орнов.

Сибилла пришла с людьми своего рода.

Не с Мортаном.

Эта мысль ударила Яру неожиданно сильно. Ей казалось, что после Высокого зала она должна ненавидеть Сибиллу просто и прямо, как ненавидят женщину, которая взяла руку чужого мужа у брачной чаши. Но всё оказалось сложнее. Сибилла могла быть соперницей. Могла быть частью чужой игры. Могла желать Яре исчезновения. И всё же сейчас она стояла у внешней арки не под защитой князя Дайра, а с родовыми следами Орнов за спиной.

Значит, у неё тоже были хозяева.

— Она может войти? — спросила Яра.

Нокс посмотрел на неё резко.

— Княгиня.

— Я не сказала, что верю ей. Я спросила, может ли она войти.

Варса перевела взгляд на стену с горящей надписью.

— Дом уже отозвался на то, что она принесла. Если не впустить её, имя может снова уйти в камень.

— А если впустить? — спросила Яра.

— Тогда имя потребует голоса.

— Чьего?

— Того, кто готов услышать, что первая ложь обычно живёт дольше первой жены.

Яра закрыла глаза на короткое мгновение.

Иногда старые дома и их смотрительницы говорили так, что хотелось попросить простого ответа. Но простых ответов сегодня не осталось. Их отняли вместе с кольцом, вместе с браслетом, вместе с верой в то, что брак можно растоптать только один раз.