Книга Измена дракона. Изгнанная с его наследником, страница 96 – Майкл Скофилд

Он помолчал.

— Ты сказала, что ее привел я. Это правда. Совет предлагал союз с Сайрисами еще до решения о разводе. Миледа была удобной кандидатурой: сильная ветвь, хорошая кровь, поддержка части жрецов. Мне говорили, что брак с тобой разрушает пламя. Что ты не просто бесплодна, а тянешь род вниз. Что связь умерла. Что если я затяну, северные легионы начнут терять силу вместе со мной.

— И ты испугался.

— Да.

Раньше он сказал бы это иначе. Наверное: я принял стратегическое решение. Я действовал в интересах рода. Я был обязан.

Сейчас он сказал: испугался.

Это не отменяло боли.

Но снимало ложь с причины.

— Я боялся не за себя, — продолжил Райгар. — За род, за границу, за людей, которые зависят от моего пламени. Но страх все равно был страхом. И я выбрал то, что казалось удобным выходом. Поверить бумагам. Поверить Совету. Поверить, что если все уже доказано, мне не придется смотреть тебе в глаза и сомневаться.

— А Миледа?

Он сжал пальцы на фляге.

— Миледа была рядом. Слишком вовремя. Она говорила правильные слова: о долге, о роде, о том, что личное должно уступить. Она не давила. Просто каждый раз оказывалась там, где мне нужна была уверенность, что я поступаю не жестоко, а разумно.

Я усмехнулась без радости.

— Она умеет.

— Да.

— Ты любил ее?

Вопрос вышел раньше, чем я решила, стоит ли его задавать.

Райгар посмотрел на меня.

Тавия у передней стенки стала совсем неподвижной. Даже арбалет больше не проверяла.

— Нет, — сказал он.

Просто.

Без попытки смягчить.

— Но привел ее в зал.

— Да.

— Отдал ей браслет.

— Да.

— Позволил ей стоять рядом, когда меня называли бесплодной.

— Да.

Каждое «да» было коротким ударом.

Не по мне. По нему.

— Ты понимаешь, что не любовь делает это не легче? — спросила я. — Если бы ты любил ее, это хотя бы объясняло бы часть жестокости. А так получается, что меня унизили не ради чувства. Ради удобства. Ради порядка. Ради того, чтобы твоему страху стало спокойнее.

Он побледнел.

— Я понимаю.

— Нет. Слушай до конца. Ты не просто поверил в ложь. Ты выбрал ложь, которая позволяла не бороться за меня. Вот что больнее всего.

Повозка ехала дальше.

Нарен спал.

Снег падал за окном.

Райгар молчал так долго, что я подумала: все, сейчас закроется, уйдет в свою каменную выдержку, станет снова лордом Керданом.

Но он сказал:

— Ты права.

Я закрыла глаза.

Эти два слова уже не приносили победы.

Только усталость.

— Мой страх не отменяет твоей боли, — продолжил он. — И не отменяет моей вины. Я могу говорить, что меня обманули, но правда в том, что я сам хотел верить. Потому что так было проще сохранить лицо, род и власть. Я выбрал удобную ложь. И потерял тебя. И сына.

Слово «сын» прозвучало тихо.

Я посмотрела на Нарена. Он спал, не слышал.

Хорошо.

— Не говори о нем так, будто уже имеешь право на это слово.

Райгар кивнул.

— Хорошо.

— Я не запрещаю тебе думать. Не могу. Но для Нарена ты пока человек, который появился после боли.

— Я знаю.

— Ему нельзя давить на жалость. Нельзя давать подарки, чтобы купить доверие. Нельзя говорить, что кровь все решает.

— Я не буду.

— И нельзя ждать, что я помогу тебе стать для него отцом.

Он посмотрел на меня.

— Я не прошу.

— Пока.

— Не буду просить. Если однажды он захочет сам, я буду рядом. Если не захочет, я все равно буду защищать.