Книга Развод. Твой конкурент теперь мой босс, страница 37 – Лия Верес

«Ты ещё можешь вернуться к нормальному разговору».

Последнее пришло пять минут назад.

«Ты пожалеешь. Никто не станет работать с предательницей».

Я смотрела на экран и чувствовала, как рабочая собранность медленно отступает, а на её место возвращается старая боль. Не такая острая, как вчера. Но более глубокая.

Предательница.

Он изменил. Он переписал мой проект. Он принёс развод и соглашение, где я должна отказаться от себя. Он привёл Алину в мою жизнь так, будто я была устаревшей мебелью.

А предательницей стала я.

Я почти ответила.

Пальцы уже легли на экран.

Потом за спиной раздался голос Марка:

— Не пишите первое, что хочется.

Я вздрогнула и обернулась.

Он стоял в нескольких шагах. Без папки, без телефона, с пиджаком в руке. Видимо, тоже уходил.

— Вы читаете через плечо? — спросила я холодно.

— Нет. Но лицо у вас стало таким, будто вы собираетесь сделать что-то, о чём завтра пожалеете.

— Вы всегда появляетесь в такие моменты?

— Только в рабочее время.

— Оно закончилось.

— Тогда считайте это случайностью.

Я сжала телефон.

— Он называет меня предательницей.

Марк помолчал.

— Удобное слово для человека, который первым нарушил договорённости.

— Вы не знаете всего.

— Достаточно.

— Нет, — сказала я резче, чем планировала. — Вы знаете рынок, документы, презентации, слухи. Но не знаете, каково это — десять лет думать, что ты строишь общее, а потом узнать, что тебя можно заменить в кресле, в проекте, в квартире и в будущем. Не знаете, как это — услышать, что ты никто, а потом весь день доказывать, что всё-таки существуешь.

Я замолчала.

Слишком много.

Слишком лично.

Марк не перебил. Не приблизился. Не сделал ни одного лишнего движения.

— Не знаю, — сказал он.

Просто.

Без попытки присвоить мой опыт.

И это остановило сильнее любого утешения.

Я отвернулась к окну. За стеклом внутренний двор уже темнел, внизу зажглись тёплые лампы у входа, люди выходили из офиса маленькими группами. Где-то смеялись, где-то обсуждали ужин, где-то заканчивался обычный рабочий день.

Мой первый день без фамилии Дениса.

Хотя фамилия всё ещё была в пропуске.

— Сегодня вы сделали работу, которую команда не успела сделать за неделю, — сказал Марк.

— Не надо меня подбадривать.

— Я не подбадриваю. Фиксирую результат.

— Результат ещё не принят клиентом.

— Но ошибка найдена.

Я выдохнула.

— Если бы не нашла?

— Искали бы дальше.

— Вы бы пожалели, что наняли меня?

— Нет.

Я повернулась.

— Почему?

— Потому что я нанял не безошибочного человека. Я нанял того, кто умеет видеть, где конструкция треснет раньше, чем рухнет.

Слова попали глубже, чем должны были.

Я снова посмотрела на телефон.

Сообщение Дениса всё ещё горело на экране.

«Ты пожалеешь. Никто не станет работать с предательницей».

Раньше я бы пыталась объяснить. Оправдаться. Доказать, что не предавала, что имела право, что он сам, первый, сильнее, хуже. Потратила бы ночь на сообщение, которое он всё равно прочитал бы как слабость.

Теперь я просто заблокировала экран.

— Не отвечу, — сказала я.

— Хорошее решение.

— Не потому, что вы сказали.

— Разумеется.

Я посмотрела на него с подозрением.

В уголках его губ мелькнула едва заметная улыбка.

— Это было почти невыносимо покровительственно, Марк Сергеевич.

— Учту.

— Обязательно.

Мы стояли у окна слишком близко к личному разговору и слишком далеко от простого рабочего. В этом промежутке было опасно. Я чувствовала его почти физически: не как притяжение ещё, нет. Как возможность, к которой нельзя прикасаться, пока не поймёшь, не обожжёт ли.