Книга Развод с драконом. Я верну себе крылья, страница 4 – Лия Верес

— Я понимаю, что этот день тяжёл для вас. Но вы уходите с честью. Не каждая женщина смогла бы принять решение рода так достойно.

Слова были почти добрыми.

Почти.

Элира почувствовала, как они ложатся на кожу тонким холодом. Сайра не сказала «проиграла». Не сказала «освободила место». Не сказала «наконец поняла, что лишняя».

Но все услышали.

Вы уходите.

Вы принимаете.

Вам оставили честь — радуйтесь, что не отняли и её.

Элира посмотрела на Сайру, и впервые за всё утро позволила себе улыбнуться. Совсем немного.

— Как заботливо с вашей стороны, госпожа Морвен, — сказала она. — Напоминать мне о чести в день, когда вы стоите рядом с моим мужем.

Тишина стала острой.

Кто-то втянул воздух. Один из наблюдателей Палаты опустил глаза к пластинам, будто там внезапно появилось нечто чрезвычайно важное.

Сайра не покраснела. Не смутилась. Только её пальцы на мгновение крепче сомкнулись на браслете.

Арден шагнул вперёд.

— Достаточно.

Элира повернулась к нему.

Вот теперь в его голосе было чувство. Не сожаление. Не нежность. Раздражение.

Она почти обрадовалась. Живой звук. Настоящий. Не отточенный в родовом кабинете перед зеркалом.

— Конечно, — сказала она. — Достаточно.

Распорядитель поспешно поднял жезл с рубиновым навершием.

— Стороны подтвердили присутствие. Условия оглашены. Палата приступает к разрыву брачной клятвы.

По краю круга вспыхнули золотые линии.

Элира выпрямилась.

Она знала, что сейчас будет. Ей объяснили утром коротко и холодно: печать погаснет, брачная связь разомкнётся, родовое имя уйдёт с её крови. Неприятно, но терпимо. Быстро. Чисто.

У драконов всё должно быть чисто.

Даже когда они вырывают из женщины годы.

— Правая рука, — приказал распорядитель.

Элира протянула руку над центром круга. Арден сделал то же самое с другой стороны.

Их пальцы не соприкоснулись.

Между ладонями поднялась брачная печать — тонкое золотое кольцо света, внутри которого когда-то билось общее пламя. Теперь оно было тусклым, неровным, словно долго горело без воздуха.

Элира смотрела на него и вдруг вспомнила первую зиму после свадьбы. Арден тогда вернулся поздно, злой после Совета, и нашёл её в библиотеке. Она уснула над книгой о крылатых линиях древних родов. Он снял с неё шаль, укрыл плечи и тихо сказал, что ей не нужно доказывать право быть рядом с ним.

А потом доказательства потребовались всем.

И ему тоже.

— Арден Эйран Вейр, — произнесла заседательница, — отказываетесь ли вы от брачной защиты, данной Элире Сейн-Вейр в день соединения?

— Отказываюсь, — сказал он.

Печать дрогнула.

Элира почувствовала резкий холод в запястье. Не снаружи — внутри, там, где три года жила невидимая нить брака. Её словно потянули прочь, медленно и безжалостно.

Она не издала ни звука.

— Отказываетесь ли вы от права на её имя в вашем родовом круге?

Пауза была короткой. Но она была.

— Отказываюсь.

Вторая линия печати погасла.

Элира сжала пальцы свободной руки так крепко, что ногти впились в ладонь. Ей хотелось посмотреть на Ардена и спросить: легко ли? Легко ли отказываться от имени женщины, которую когда-то шептал в темноте? Легко ли стоять прямо, пока всё, что было между ними, превращают в юридически верную пустоту?

Но она молчала.

Потому что если спросит, голос может дрогнуть.

А этого они не получат.