Книга Читающая в душах, страница 98 – Светлана Бернадская

— Почему?

Палец Арена в неосознанном жесте потянулся к переносице.

— Ну… Вывести их оттуда мог только я. Но если бы я погиб, то и парней обрек бы на гибель.

Ялла угрюмо отправила в атаку стражника.

— Какая удача для всех, что ты сумел уцелеть. И что было дальше?

— В это же самое время из засады выступила команда трубачей — и посреди равнины восстали горы. Главные силы Рахана оказались запертыми в ловушке между трясиной и горным кольцом. Вот тогда-то в игру вступил Унхар, выйдя вместе со мной на встречу с братом.

— Пожиратель силы… — ахнула Ялла, только теперь до конца осознавшая красоту всего замысла. — Он отобрал у Рахана способность подчинять волю людей.

Арен довольно кивнул и безжалостно разбил ее стражу.

— И они освободились от гнета. Должен признать, Унхар выдал перед солдатами столь проникновенную речь, что даже я готов был преклонить перед ним колено и признать своим королем. — И, фыркнув, добавил: — Ну, если бы, конечно, мог это колено согнуть.

— Но, разумеется, этой речи вняли не все.

— Разумеется. Остались и верные Рахану люди. Завязалась бойня уже между талардами, и только от ее исхода зависела судьба всей Даргедии. К счастью, таларды, занявшие сторону Унхара, взяли верх и вытеснили противников вместе с их лишенным силы королем в трясину. Именно там мы с Раханом и схлестнулись в последней битве.

— Ты и Рахан? — переспросила Ялла.

— Два одаренных. Только мы были способны не потерять ясность мысли и свободу действий в трясине.

— Но почему не оба Кабира между собой? Ведь это была их борьба за трон Талардага.

Арен поморщился.

— Унхар — не воин. В открытой схватке у него не было шанса победить. И в то же время он — единственный, кто сохранил трезвый ум и понятие о чести среди всей их скорпионьей семейки, проведя долгие годы среди сигадорцев. Только он был способен вступить в игру за престол с подрастающими сыновьями Рахана. Унхар — спасение для Талардага и для всей Даргедии. Для нас всех. И я должен был расчистить ему путь.

— Но, Арен… твоя нога…

— Самую малость мешала, признаю, — посмеиваясь, отшутился он. — Но я справился, как видишь.

Ялла подумала немного — и пробила брешь в нападении с помощью лучника.

— Нам донесли, что Унхар выжил, а вы с Раханом погибли. А потом ты вдруг восстал из мертвых. Как же так получилось? Почему гонцы соврали?

Арен невозмутимо повел плечом.

— Они не соврали. Просто Унхар сделал поспешные выводы. Я успел вытащить тело Рахана из трясины, чтобы таларды убедились: тирана больше нет, и Унхар теперь — главный претендент на престол. Но уже близилась ночь, а мне надо было успеть вывести из трясины деда.

— Деда?

— Ну, того самого. Меняющего суть вещей.

Ах да. Ну конечно же. Арен готов рисковать жизнью ради каждого, кого только мог спасти.

— К несчастью, на этом мое везение закончилось. Я успел найти деда, но у нас обоих уже не осталось сил, чтобы выбраться из аномалии до начала бури.

Ялла содрогнулась.

— Но ты жив. Тебе удалось найти такое же озеро, как в Алдоре?

— Увы, нет. Но мы нашли двух лошадей. Пришлось пожертвовать ими.

Брови Яллы взметнулись вверх.

— Лошадьми?..

Арен вновь поднес палец к переносице, но вовремя поймал себя на этом жесте и убрал руку. Правда, посмотреть Ялле в глаза так и не отважился.

— Дед изменил их плоть, сотворив для нас надежные укрытия. Мы переждали бурю внутри них.