Книга Проклятие Феникса, или как (не)дожить до свадьбы, страница 66 – Анастасия Бойцова

— Мы найдём их, — тихо сказал он, — они сильные. Мы все вместе пойдём, как только немного стихнет метель. Нельзя сейчас рисковать всеми. Нужно подождать.

Я знала, что он прав, но ожидание казалось невыносимым. Нужно было что-то делать. Нужно было бороться, несмотря ни на что. Ради Шанти, ради Элеоноры, ради Арминга, ради всех нас.

— Предлагаю подкрепиться, — Ария пригласила всех к огню.

— Поддерживаю, — Иван пристроился рядом со своей возлюбленной. — Надо отдохнуть. Нам пригодятся силы.

Мы молча сели вокруг костра, признавая правоту воздушника. Ария налила нам в миски горячую похлёбку, и мы принялись орудовать ложками. В тишине пещеры было слышно только завывание метели снаружи.

После горячего ужина нас сморил сон. Проснулась я от ощущения чьего-то пристального взгляда. Открыв глаза, я увидела, что на меня смотрит Ария. Её лицо было серьёзным и немного встревоженным.

— Что-то случилось? — спросил я, сонно протирая глаза.

— Нам пора, — тихо ответила она. — Метель стихает, и у нас есть шанс добраться до перевала. Шанти и Элеонора вернулись и сказали, что там есть люди.

Ребята уже вовсю собирали вещи, ловко упаковывая их в дорожный мешок. Молча мы покинули уютную пещеру и вышли на заснеженную равнину. Ветер всё ещё был сильным, но уже не таким яростным, как ночью.

Перевал оказался сложным испытанием. Снег заметал тропу, делая каждый шаг рискованным. Но мы упорно двигались к цели, подгоняемые желанием добраться до неё. Элеонора шла впереди, уверенно прокладывая путь сквозь снежные заносы. Агний поддерживал меня, когда я начинала отставать.

К вечеру мы, наконец, достигли перевала. Замёрзшие и уставшие, но счастливые, мы смотрели на открывшийся перед нами вид. Внизу простиралась небольшая деревня, расположенная в долине, окутанной мягким светом заходящего солнца. Нам оставалось только спуститься вниз.

Спуск оказался не менее трудным, чем подъём. Подтаявший за день снег превратился в скользкую массу, норовящую стащить нас вниз. Мы осторожно спускались, цепляясь за камни и корни деревьев, чтобы удержать равновесие. Шанти и Элеонора, несмотря на усталость, продолжали двигаться первыми, выбирая наиболее безопасный путь.

Когда солнце почти скрылось за горизонтом, мы добрались до подножия перевала. Долина встретила нас тёплым, успокаивающим воздухом и запахом печек. Заснеженная деревушка, затерянная на дне горной долины, была небольшой, но очень компактной — дома стояли рядом друг с другом. Морозный воздух резал лёгкие, а ветер выл между старыми избами, словно предупреждал: здесь не ждут чужаков. Но выбора нет — нам нужно выжить и двигаться дальше. Нам нужен ночлег.

Мы брели по занесённой снегом улице, вглядываясь в провалы тёмных окон, словно ища искры надежды в кромешной тьме. Где-то здесь, за этими стенами, должен таился очаг, способный согреть не только тело, но и душу. Грезился дом с бревенчатыми стенами, источающими сухое тепло натопленной печи, не пропускающими леденящие объятия ветра. Мы не искали роскоши, лишь укрытия, где можно переждать эту ночь, не обратившись в ледяные изваяния к рассвету.

Голод глодал нутро. Скудный перекус в пещере — лишь блёклое воспоминание, и пустые желудки настойчиво напоминали о себе утробным ворчанием. Я знала, в этих краях каждый кусок хлеба — на вес золота. Но как желанны были сейчас хотя бы несколько кусочков сушёного мяса, горсть крупы, зачерствевшая краюха хлеба или банка мёда, затерянная в пыльном чулане. А горячий напиток, обжигающий озябшие ладони, — предел мечтаний. Без пропитания силы покинут нас, а без сил нет и пути вперёд.