Книга Не стоит грубить феям, страница 76 – Ярослав Лосик

— А что такого-то? — неведомо откуда взявшаяся краска заливала мои щёки.

Вильма упёрла руки в бока и пыхтела, как перегретый чайник. Того и гляди кинется, чтобы разорвать меня пополам своими огромными лапищами.

— Полноте, красавицы, — ещё похихикивая вмешался Шандор. — Не будем омрачать столь чудесный день забавным недопониманием.

— Но, господин Шандор, — взъерепенилась толстуха, — она же…

— Понимаю, — остановил её собеседник и утёр глаза. — Простим моей гостье такую оплошность. К тому же, я уверен, мадам Патриция, будучи радушной хозяйкой, и сама бы только посмеялась над нашим маленьким коллапсом.

— Но…

— Верно? — с нажимом повторил Шандор и одарил Вильму своей фирменной улыбочкой.

Та мгновенно расцвела и пролепетала, как под гипнозом:

— Верно, господин.

— Вот и славно. А теперь, будь любезна, осведомись у мадам, готова ли она предоставить аудиенцию нашей милой хулиганке.

Тётка не стала спорить, развернулась, машинально подобрала с пола несколько черепков и удалилась.

Я сидел в полной прострации, уставившись на мокрое пятно на полу.

— И что сейчас было? — вопрос был адресован луже, но почему-то на него решил ответить Шандор.

— Ничего особенного, — спокойно подытожил он. — Просто вы оскорбили хозяйку сего чудесного заведения.

Новая волна непонимания окатила меня с головы до ног.

— Да откуда мне было знать?! — растерянно заморгал я на Шандора. — Мне сказали, мол, Каркунья. И что старая. Всё. Как можно заранее догадаться, что она тут сидит и обижается на прозвища?

— Кто сказал?

— Неважно.

— Как угодно, — равнодушно констатировал он. — Откровенно говоря, я и сам не до конца уверен в правильности её имени.

— Это как?

— Очень просто. Насколько мне известно, означенная особа — дама весьма… хм… загадочная. Даже, отчасти, опасная.

Кажется, я побледнел, а мой правый глаз несколько раз непроизвольно дёрнулся.

— О, только не падайте в обморок, драгоценная Шарлотта, — надменно продолжил Шандор. — Я полагаю, что большая часть рассказов — всего лишь нелепые слухи и пустые сплетни. Не удивлюсь, если мадам сама распускает их, дабы поддержать ореол таинственности. Репутация в наше время, знаете ли, будет подороже тугой мошны, набитой злотыми.

Пожалуй, по поводу злотых я бы мог и поспорить, но тут из глубины таверны материализовалась вечно недовольная Вильма.

— Мадам ждёт, — процедила она сквозь зубы. — Пойдёшь за мной.

— Ладно, — пролепетал я единственное, что пришло мне на ум. По правде говоря, не ожидал, что всё получится так просто и быстро. Хотя, с другой, стороны, должен же был когда-то и на моей улице перевернуться грузовик с зефирками.

Я поднялся, одёрнул драное платье и зачем-то совершенно машинально поправил волосы.

Шандор с надменной ухмылкой оглядел меня с головы до ног:

— Извольте в этот раз не терять головы, — сказал он. — В буквальном смысле.

— Очень смешно.

— Я не шутил.

Отвечать почему-то совсем не хотелось, потому я просто молча засеменил за Вильмой.

— Постарайтесь вернуться живой и невредимой, — добавил он мне в спину.

Широкая спина Вильмы раскачивалась перед глазами, пока я покорно плёлся следом, огибая подозрительных посетителей, вдруг возникающих на моём пути. Она шла молча и уверенно, а меня всё больше скукоживало с каждым шагом. К какому же зверю в клетку я, как баран на верёвочке, топаю на этот раз? Вроде, взрослый, самостоятельный, да чего греха таить, умный человек — а на те! — вляпался по самые помидоры…