Книга Наследник звёздного императора, страница 4 – Лора Вега

Я сбрасываю куртку, оставаясь в тонкой майке и штанах. На пальцах бинты, которые я наматываю машинально, привычным движением. Левая рука, потом правая. Между пальцами, на костяшках, на запястье. Плотно, чтобы не скользили, но не слишком туго, чтобы циркулировала кровь.

Маркус Стоун хочет эффективности? Он её получит.

Я подхожу к тяжёлой груше, имитирующей человеческое тело. Сенсоры на её поверхности фиксируют силу удара, точность и скорость. Система оценивает каждое движение, каждое отклонение, каждую ошибку.

Первый удар в корпус. Груша содрогается, сенсоры вспыхивают жёлтым. Хорошо, но недостаточно.

Бью снова. Крюк слева, апперкот, прямой правой. В голову, в корпус, в голову. Вкладываю в каждый удар злость и обиду на Стоуна.

— Сильнее, – кричу я себе, продолжая избивать грушу.

Она раскачивается. Уворачиваюсь от её обратного хода, скольжу в сторону. Затем делаю подсечку и бью в незащищённый бок. Сенсоры вспыхивают красным: цель поражена.

Я останавливаюсь. Смотрю на свои руки – костяшки покраснели. Дыхание тяжёлое, майка прилипла к спине. Вижу свое отражение в зеркальной стене напротив. Красное лицо, блестящие глаза, вздёрнутый подбородок. Волосы выбились из пучка.

Отворачиваюсь и иду к стойке с бластерами. Выбираю самый тяжёлый «Вепрь-12». Сорок пять сантиметров холодной, смертельной стали. Вес непривычный, но я крепче сжимаю рукоять.

Он сказал, что я не готова к реальному бою. Что моя эффективность на нуле.

Я докажу, что он ошибается. Даже если для этого мне придётся тренироваться круглые сутки.

Ноги гудят. Лёгкие горят. Я выхожу из тренажёрного отсека и сворачиваю в главный коридор.

Маршрут до столовой отработан до автоматизма. Два поворота, длинный коридор с иллюминаторами, за которыми чёрный космос. Звёзды здесь совсем не такие, как с Земли.

В животе урчит. После утренней тренировки и стрельбы в движении мне плевать, что дадут на завтрак. Синтетический белок, соевая каша, порошковые яйца – я смету всё. Даже этот отвратительный кофе, который сами повара называют «машинным маслом».

Смотрю на меню в своём планшете. Краем глаза замечаю, что в поле локация указана не общая столовая, а кабинет триста двенадцать. Я смотрю на экран несколько секунд. Думаю, что это ошибка. Но это же…

Поднимаю взгляд на табличку с нумерацией кают и отсеков. Триста двенадцатый находится на два этажа выше. Там, куда обычным бойцам вход запрещён. Потому что это – капитанская столовая.

Там едят только двое. Капитан Фокс. И он. Маркус Стоун.

— Не поняла, – шепчу я вслух, хотя вокруг никого нет.

Разворачиваюсь и иду в сторону лифта, когда кто-то окликает меня:

— Лана? Ланка, стой!

Торможу, разворачиваюсь на пятках, и передо мной вырастает фигура.

Алекс Кортес.

Мы учились в космической академии на одном курсе, но почти не общались. Он был из тех, кто держался в тени. Я запомнила его разве что по одному совместному проекту по выживанию в экстремальных условиях. Тогда он показался мне нормальным. Ничего особенного.

Но теперь, на этом корабле, он стал единственным человеком, которого я знала до полёта.

— Ты чего такая красная? – Алекс разглядывает меня, его руки в карманах форменных брюк. Взгляд скользит по моему лицу, задерживается на губах, потом спускается ниже. – Тебе подходит, красотка.