Книга Ненавистная жена. Вызов для попаданки, страница 86 – Анна Кривенко

— Это преступница, которая сбежала из темницы! Немедленно хватайте ее и ведите обратно! Завтра же здесь будут гвардейцы, и они отведут ее на суд! — продолжала она, обращаясь уже к слугам.

Голос ее звучал уверенно, напористо. Она вложила в свои слова всю актерскую мощь, которой обладала.

Но я наблюдала не за ней.

Я смотрела на Рому.

На его испуганное лицо.

Он был слаб. Выглядел потерянным, и это причиняло мне боль. Боль из-за того, что настоящий Ромео умер…

Горечь сожаления хлынула в душу, едва не заставив меня поддаться эмоциям, осадить Юлиану, сказать Роме все, что думаю.

Но я сдержала себя.

Мне нельзя выходить из образа.

Я медленно повернулась к слугам, стоящим позади.

— Теперь вы видите разницу? — мой голос звучал спокойно, почти весело. — Эта женщина сумасшедшая. Она и господина одурманила так, что он сам на себя не похож!

Рома вздрогнул.

Слуги закивали. Они уже не просто слушали — они верили.

— Прежний господин Ромео никогда бы не смотрел на вас, как испуганный заяц, — продолжила я.

Юлиана резко обернулась к Роме, словно только сейчас осознала, что он здесь.

— Господин, — проговорила она вдруг мягко и слащаво. — Скажите им, чтобы они схватили эту лживую девку!

Рома растерянно смотрел на нее, затем перевел взгляд на меня. В его глазах плескалось сомнение, но было видно: он не понимает, кому верить.

Тишина повисла в воздухе.

А потом вперед шагнули двое крепких парней.

Конюхи.

Они приходились одной из кухарок сыновьями.

Парни были крупными, сильными мужчинами, на чьих плечах держалась вся конюшня.

— Мы сами решим, кого хватать, — буркнул один из них.

— Хватит нас за идиотов держать, — вторил ему второй.

Юлиана отшатнулась.

— Вы… что вы себе позволяете?

Голос ее дрогнул.

Я усмехнулась.

Юлиана сглотнула, ее лицо исказилось от ярости.

— Господин! — взвизгнула она, пытаясь повернуть ситуацию в свою сторону. — Это же абсурд! Скажите им, кто ваша жена!

Но Рома молчал.

Я видела, как внутри него борются страх, сомнения, а главное — неуверенность.

Он слабо качнул головой, но ничего не сказал.

И этого молчания было достаточно.

— Думаю, мы поняли, кто тут самозванка, — усмехнулся один из конюхов.

Юлиана побледнела.

Я видела, как ее взгляд метнулся к выходу. Она была загнана в угол.

И это было только начало.

* * *

Однако в какой-то момент всё пошло не так.

Все происходило так стремительно, что я не сразу поняла, как оказалась в одной связке с Юлианой.

Слуги, еще минуту назад готовые схватить самозванку, теперь повиновались приказу управляющего — ушлого, скользкого типа, который появился в самый неподходящий момент. Наверное, его кто-то позвал. Или он сам почуял заварушку и поспешил воспользоваться ситуацией в свою пользу.

— Мы не можем самовольно решать, кто есть кто! — заорал он, размахивая руками. — Нужно вызвать родителей господина и дознавателей! Пусть разберутся!

Часть слуг согласно загудела, и прежде, чем я успела открыть рот, меня схватили за руки.

— Стойте! Что вы делаете? — воскликнула я, изо всех сил стараясь не паниковать.

Но было поздно.

Меня и Юлиану подхватили и потащили прочь из столовой.

Самозванка вырывалась, проклинала всех и вся, визжала, как резаная свинья. В отличие от нее, я решила не сопротивляться. Если я начну орать и рваться, то стану выглядеть так же жалко и неадекватно.