Книга Ненавистная жена. Вызов для попаданки, страница 84 – Анна Кривенко

— О Боже! Ты… Джульетта!!!

Она наконец-то поняла.

В её голосе появилось настоящее, неподдельное потрясение.

— Да, это я… — процедила я гневно. — А по вам тетушка, темница плачет…

Я рывком развернула её к себе, чтобы она могла разглядеть меня в слабом свете, пробивающемся сквозь щель в двери.

— Ведь так, тётушка? — прошипела я.

Она застыла, не говоря ни слова, а потом выдала дрожащее:

— Джульетта милая, я всё объясню!!!

— Тебе лучше задуматься о том, как ты будешь искупать свою вину, Зинельда! — мой голос прозвучал сурово.

— Джульетта! Послушай, детка, я… я ведь всё это сделала не из злобы! Просто… это была необходимость…

— Необходимость? — мои губы скривились в усмешке.

— Ты не понимаешь! — забормотала она. — Это было нужно… Ты бы не справилась! Тебе это место не подходит! А Юлиана… она… она смогла бы прекрасно исполнить твою роль. Ты ведь всегда хотела свободы, я знаю! Я собиралась дать тебе много денег и отправить тебя путешествовать. Ты ведь всегда мечтала о путешествиях!

— Хватит заговаривать мне зубы, — бросила я гневно. — Ты преступница, достойная темницы, как и твоя дочь…

Она попыталась что-то ещё сказать, но я уже оторвала кусок ткани от её же накидки и заткнула ей рот.

Зинельда завопила сквозь кляп, но я её не слушала.

Я подтолкнула её к стулу, усадила, проверила узлы.

— Теперь посиди тут. Подумай о своём поведении.

Я повернулась, вышла, заперла дверь и усмехнулась.

Первый шаг сделан.

Теперь настала очередь самозванки.

Хотя с ней будет посложнее…

Неожиданность

Мрачные мысли теснились в разуме.

Рома… О, как же быстро он предал меня! Или, возможно, он даже и не считал это предательством. Просто принял другую реальность, удобную и простую. Самозванка ему улыбнулась, заговорила с ним нежным голосом, и он тут же поверил. Беспринципный? Легковерный? Или просто слабый?

В него веры больше не было. Если он способен за один день забыть всё, что я ему рассказала, значит, никакой опоры в нём не найти.

Но Юлиана совершила огромную ошибку. Грубость и жёсткость по отношению ко мне — это одно. Но она вела себя отвратительно со всеми вокруг, включая слуг. За короткое она время настроила их против себя. И если я хочу вернуть своё место, мне придётся использовать этот козырь.

Я глубоко вдохнула, выпрямила спину и, уверенным шагом, направилась к кухне.

* * *

Как только я вошла, наступила полнейшая тишина.

Все взгляды тут же устремились на меня.

Ненавидящие, затравленные. Кто-то застыл с половником в руке, кто-то замер, пряча тряпку за спину, словно пойманный на чём-то постыдном. Никто не двинулся, но я чувствовала жгучее отторжение, разлившееся по воздуху.

Молча прикрыла за собой дверь. Кто-то хрипло втянул воздух. Напряжение стало буквально осязаемым, словно густой туман заполнил кухню.

Но я говорила мягко, дружелюбно, глядя в глаза слугам:

— Вы, наверное, удивлены тем, что я сюда пришла, — начала я, стараясь не выдавать волнения. — Но вы должны узнать об одном чудовищном обмане, который совершился в этом доме.

Некоторые переглянулись.

— Наверное, вы заметили, что в последнее время я вела себя грубо и жестоко, — продолжила я, внимательно наблюдая за их реакцией. — Ваш гнев совершенно оправдан.

На лицах буквально всех появилось изумление.

— Но вы должны знать правду. Больше двух недель назад Зинельда совершила страшное преступление. Она подменила хозяйку этого дома — меня, госпожу Джульетту — на самозванку.