Книга Эликсир счастья, страница 91 – Мария Фир

— Пожалуйста, не надо, – вмешалась я. – Возможно, я повторяю, возможно , моя кровь действительно обладает магическими свойствами. Но я никак не могу быть дочерью вашего исчезнувшего короля. Этого просто не может быть!

— Почему?! – одновременно спросили мужчины.

Как им объяснить? Если бы Альмод и вправду угодил в наш мир, он не смог бы остаться незамеченным. Странного человека в средневековых одеждах и не понимающего ни слова по-русски быстро заприметила бы полиция или спецслужбы. Да и моя мама, образец разумности и правильности, никогда не стала бы знакомиться с подозрительным чужаком, а тем более заводить с ним роман. Я судорожно искала аргументы, чтобы убедить Грега и старика.

— Наш мир слишком отличается от вашего. Во всём! В моём городе высотные дома, тысячи машин, миллионы людей. Железные дороги, эстакады. Боюсь, вы не в состоянии это представить. Любой попавший туда – отсюда – испытал бы ужасный стресс!

— Ну ладно, а трактиры у вас там есть? – полюбопытствовал Розен.

— Да, конечно. Кафе и рестораны есть. Заведения, где люди едят и общаются.

— Так вот, первое, что Альмод сделал бы в любом мире, – завалился бы в трактир, чтобы выпить, устроить драку и очаровать молоденькую девицу! Поверь, для этого ему не нужно было в совершенстве владеть вашим языком. Хотя он изучал его. Они с Терезой в детстве увлекались историей и культурой иных миров.

Обсуждая судьбу короля и моё происхождение, мы как-то позабыли о существовании Терезы. Что случилось с ней? Я не успела задать вопрос, Генрих заговорил сам.

— Её тело также не было найдено, но во дворце говорили, что принцесса исчезла раньше, чем её брат. Отправилась ли она в другой мир или её останки истлели в безымянной могиле – никому не известно. Что ж, давайте испытаем ваше чудодейственное лекарство. Я готов.

Грегориан снова откупорил флакон и приготовил серебряную ложечку, а я продолжала беспокоиться. Мы ведь только-только получили эликсир! Испытывать его сию же минуту на живом человеке с ослабленным организмом было рискованно. Я попыталась возразить, но Генрих Розен был непреклонен.

— Если вы умрёте, это будет на моей совести, – прошептала я, с содроганием глядя, как старик глотает светящуюся жидкость.

— Никогда не торопись брать на себя вину, дитя, – усмехнулся Генрих. – Я умру тогда, когда мне суждено. И теперь чувствую, что не сегодня. Свет вашего эликсира заставил смерть испугаться и убраться прочь из моего поместья. Я больше не ощущаю её смрадного дыхания.

А дальше всё происходило словно по мановению волшебной палочки. Я думала, так бывает только в кино со спецэффектами. Лицо Розена просветлело, коже вернулся её нормальный цвет. Глаза старика прояснились, сиплое дыхание исчезло. Тяжёлая и мрачная дымка, которая обволакивала всё пространство над кроватью больного, рассеялась, как туман от ветра.

Собственными глазами я увидела, как проклятие разрушилось, исчезло без следа.

Полчаса спустя оживший Розен уже командовал прислугой, отдавая распоряжения доставить из деревни всех, кто перенёс болезнь, но потерял после неё всякую волю к жизни. Мы с Грегом поспешно изготовили несколько флакончиков с чудодейственным эликсиром, а потом всю ночь и весь следующий день принимали во дворе поместья жителей округи.