Книга Небесный город, страница 111 – Критика Рао

Когда Ахилья вошла, никто из гелиотехнологов не обратил на нее внимания. Ираван уверил ее в этом вчера, когда она спросила, можно ли ей сходить в лабораторию. «Они склонны погружаться в работу и забывать об окружающем, – сказал он. – Но все же поглядывай на Лаксию. Не хочу, чтобы она знала, что браслет у тебя».

Ахилья осторожно пересекла главный зал и поднялась по винтовой лестнице. Каждый этаж плавал сам по себе, не опираясь на нижний, как листья на растении, а лестницы поменьше разветвлялись, словно стебли. Ахилья сверилась с браслетом Иравана, чтобы узнать, где находится Дхрув, и обнаружила его на верхнем этаже. Ее старейший друг, сгорбившись, сидел один в огромной комнате, уставившись на биоузел. В отличие от других помещений, кабинет Дхрува был выложен серыми каменными плитами, уложенными в траве. Дюжина биоузлов жужжала и щелкала вдоль стен без участия гелиотехнологов. Помещение выглядело пустынным и унылым и, казалось, вообще не принадлежало Накшару.

— Уходи, Умит, – раздраженно крикнул Дхрув. – На сегодня я зарезервировал этот зал.

— Я, конечно, могу уйти, – произнесла Ахилья. – Но я не Умит.

Дхрув удивленно обернулся.

— Гнев и ярость, как ты сюда попала? – спросил он вместо приветствия.

Ахилья подошла ближе и села рядом с ним. Закатав рукав курты, она показала ему браслет с бусиной рудракши.

Глаза Дхрува широко распахнулись.

— Это браслет Старшего архитектора… Подожди, этоИраван тебе дал? – он вскрикнул от внезапного ликования, наклоняясь вперед, чтобы рассмотреть бусину. – Это потому, что ты его попросила помочь нам? Ахилья, ты чудесная сумасшедшая штучка. Не могу поверить, что ты это сделала.

— Никому ни слова, прошу тебя. У него могут быть неприятности.

Дхрув рукой отмахнулся от ее предупреждений.

— Это потрясающе. Представляешь, сколько ты теперь сможешь сделать. Получишь доступ к архивам архитекторов, ко всем их историческим летописям, ко всем секретам, которые они хранят даже от гелиотехнологов. Сегодня мне пришлось выдержатьцелую битву, чтобы зарезервировать этот зал изобретений – проклятый Умит чуть не увел его у меня из-под носа. Говорит, ему необходимо построить схему связи с Киншаром… но имея на руке разрешения Старшего архитектора…

— Дхрув, – прервала его Ахилья. – Ты ведь слышал об инциденте в Академии?

— Да, этого и следовало ожидать. Архитекторы Лабиринта истощены, и потом были и другие инциденты, когда архитектура не работала должным образом… – гелиотехнолог взглянул ей в лицо, а затем оборвал себя. – Гнев и ярость, Ахилья, неужели ты былатам, когда это произошло?

Ахилья заглянула внутрь себя, пытаясь отыскать затянувшуюся боль. Руки больше не дрожали. Сердце билось ровно. Спокойствие после инцидента в Академии снизошло на нее, когда она наконец отправилась в лазарет и оказалась там, где впервые встретилась с Оамом.«Я чувствую себя лучше», – с удивлением подумала она. Как же это произошло? Она будто искупила свою вину, едва не утонув. «Посмотри, что ты только что сделала, – сказала Тарья у нее в голове. – Ты спасла нас».

Дхрув все еще с беспокойством наблюдал за ней, и брови Ахильи нахмурились от такой заботы.

Ираван знал, когда следует отказаться от сострадания.

За все три дня, когда муж навещал ее, он ни разу не навязал ей свое сочувствие. Наоборот отвлекал ее так, как ей и было нужно, но помнил, что она по сути своей гораздо больше, чем просто боль. В конце концов это исцелило ее.