Книга Яд для дракона-некроманта, страница 95 – Мэл Кайли

Младшая невеста подбросила в воздух несколько длинных, цветных, полупрозрачных лент. Их подхватил поток воздуха и закружил вокруг неё, переплетая ленты и образуя из них причудливые формы — то цветок, то ракушку, то бабочку.

С каждым новым выступлением я всё больше начинала мандражировать, потому что все они были великолепны и казались истинным чудом. Каждая эйресс раскрылась и показала себя особенным образом.

Осталась последняя невеста — я.

Почувствовала, как сгустилось напряжение в зале. Заметила, как напряжён эйр Синистер Нуарэ. Он сидел неподвижно, но пальцы сжимали бокал так, что тот грозил треснуть. Он ждал. Все ждали.

— Эйресс Вивиан Фэрра, — произнесла эйра Катриона, — прошу.

На секунду показалось, что я сейчас позорно упаду, и на этом всё закончится.

Пор-р-рви их, Виа! — зазвенело в голове, как колокольчик, а в груди разлилось живительное тепло. — Р-разожги Искр-р-ру! Можешь, девчонка!

Я поднялась, сделала глубокий вдох и позволила себе стать пламенем, а алому платью — моими языками. Вышла в центр зала с высоко поднятой головой и поймала на себе взгляд эйра Нуарэ — мягкий и встревоженный одновременно.

Как будто он уже знал, что я устрою бурю, и умолял о пощаде.

Я подала знак пажам, с которыми договорилась накануне, и они вынесли стулья, повторявшие кресла эйров Нуарэ, Лафабьера, преора Валмирона и советника корэла. С загадочной улыбкой я пригласила их пересесть в первый ряд.

Эйры Синистер и Киллиан поднялись первыми, спустя полминуты к ним решил присоединиться преор Адриан, а эйр Вейт скривил рот, сделал вид, что его всё это не касается, и остался на своём месте.

По ряду невест, которых я оставила в конце, прошёлся возмущённый ропот, но меня это не волновало. Я хотела, чтобы некромант оказался ближе и стал частью моего выступления.

— Мягкого сумрака, эйры и эйресс, гости претёмного эйра Нуарэ, — провозгласила я без страха и сделала всем завистникам грациозный реверанс. — Сегодня я покажу вам редкую магию — магию притяжения.

Музыка маэстро Кантелли разлилась по залу. Она раскрывалась мягким, томным звучанием, словно шёпот под ухом, а потом нарастала, дразнила, манила. Когда мелодия коснулась слуха, моё тело само двинулось навстречу знакомому ритму.

Я сделала первый шаг — медленный, скользящий, как по воде. Потом второй — и лёгкий поворот бедром, будто волна прокатилась по моему телу. Руки взметнулись в воздух плавным движением, я провела ладонями по шее, груди, талии, бёдрам словно рисуя направляющие взгляд линии на самой себе.

Шёпот прокатился по залу, но я не сводила глаз с эйра Синистера. На тёмном дублете сверкнула серебряная брошь-звезда — жених сдержал обещание носить мой подарок. Его драгоценный подарок тоже украшал мою шею этим вечером.

Сорвала с себя белый воротник-партлет, и лёгкая ткань скользнула на пол, обнажив ключицы, шею и верх груди. Я почувствовала, что скинула с себя не кусочек ткани, а страх и волнение.

Вздохи гостей слились в единый вздох, но меня не интересовали гости — только он.

Уголки губ некроманта дрогнули в полуулыбке, он прищурился, крылья носа хищно шевельнулись. Понял, что я бросаю вызов, и что ему придётся несладко.

Я танцевала историю — о том, как пустышка разрывает невидимые оковы и обретает голос, свет, огонь. Как бархатными лепестками платья её покидают сомнения. Как на глазах из разодетой, но обыкновенной невесты, к которой можно относиться по привычной схеме, рождается девушка, которую невозможно забыть.