Книга Яд для дракона-некроманта, страница 131 – Мэл Кайли

Зато знала иное: раз петля смерти разомкнулась, значит, Луксиэль услышала мои молитвы и протянула ему руку, а значит, моя вера была не напрасной.

Пуфик, не открывая глаз, положил лапку мне на запястье, словно ставил печать. Я прижала его к груди и позволила себе просто лежать и дышать — для себя, для Эли, для дома, который ждал нашего возвращения.

И для него — мужчины, чья тьма больше не выглядела как непроглядная бездна, потому что где-то на её краю горела едва заметная, но упрямая искорка света.

Спустя два дня с роковой ночи, когда Пуфик и я отдали все свои силы Луксиэль, чтобы спасти дракона-некроманта, мы полностью восстановились.

Ближе к полудню я шла на кухню за сладостями для престарелого друга-библиотекаря Париона Ремериса, и шаги выходили лёгкими, будто под туфельками лежали не каменные плиты особняка, а молодая трава.

По мере приближения третьего испытания отбора мне полагалось нервничать, гадать, что же нас ждёт, оттачивать каждую мелочь в своём поведении до идеала, продумывать наряд, но…

Я ощущала радость, согревавшую меня изнутри звуками одного имени. Я наконец-то увижу эйра Нуарэ. Он поднимет взгляд — чёрный, лукавый, опасно-манящий — и вспомнит обо мне. Скажет одними глазами: я всё ещё желаю вас, эйресс Фэрра.

И я наконец-то сумею рассказать ему то, что волновало меня уже долгое время: о предложении эйра Вейта, на которое я со дня на день должна была дать ответ. Пока мне удавалось избегать встречи с ним, но я знала, что удача не вечна.

А пока я делала успехи в светлой магии. Стоило подумать о Луксиэль, и на кончиках пальцев вспыхивали искорки, как золотые крупинки на дне прозрачной реки. Вера в светлейшую богиню даровала мне лёгкость — и свет потёк, как ласковый зверёк к хозяйской руке.

Собиралась свернуть к лестнице, когда тишина Наэриса треснула, как скорлупка, от знакомых голосов. Дверь одной из общих комнат оказалась приоткрытой, и из-за неё раздавались два тембра: низко-бархатный, мужской, и сладко-вкрадчивый, женский.

— Эйр Нуарэ, — томно протянула эйресс Корделия Ар'Касса, — после второго испытания я поняла, что вас интересуют смелые, раскованные женщины. Позвольте мне… быть с вами именно такой.

Не стоило мне заглядывать внутрь, ох, не стоило. Шла бы своей дорогой по своим делам. Но я, конечно же, заглянула: богатое красное платье с глубоким вырезом и обнажёнными плечами, запах сандала и тёмного вина, тонкий смех.

Нельзя не признать, что Корделия училась не только на собственном опыте, но и на чужом. Это на словах она осуждала мой танец, а на деле быстро смекнула, какое впечатление он произвёл на жениха.

Эйр Синистер сидел, как всегда, будто трон сам нашёл его — уверенный, свободный, с ленивой небрежностью в позе, от которой, тем не менее, веяло опасностью. Моё глупое сердце при виде него забилось, как капли дождя о стекло.

Серебряный с чёрной вышивкой парчовый дублет без рукавов, белоснежная камиза, чёрные штаны с серебряным узором, кудрявые волосы собраны в небрежный объёмный пучок на затылке, и губы — спокойные, твёрдые, с хищной усмешкой.

А перед ним — она. Роскошная и безукоризненная эйресс Ар'Касса. Белоснежная фарфоровая кожа, густые и тяжёлые чёрные волосы, завораживающие янтарные глаза с золотыми крапинками, тонкие черты лица…