Книга Купон на счастье. Пышка для командира, страница 5 – Амира Рэйн, Лекса Харт

Ох, как же я была от него без ума. Красивый, умный, высокий. Спортсмен, вокруг которого девчонки вились просто пачками. Куда мне было против них? У них красивые фигурки, тонкие талии, длинные ноги, а я всегда была настоящим Колобком. Это сейчас я ещё хорошо так похудела, а в школе от формы идеального шара меня отличали только короткие ножки. Он проходил мимо меня в коридоре, а я прижималась к стене и отводила взгляд, чтобы он не заметил, какая я большая, неуклюжая и пышная. Я боялась даже подойти поздороваться. Потому что была влюблена все десять лет, а он, скорее всего, даже не знал моего имени. Я помню каждое утро перед школой. Стояла перед зеркалом, поворачивалась боком, сжимала живот, вздыхала и шла. А в столовой мальчишки перешёптывались: «Круглова опять две котлеты взяла». И Рома сидел через два стола от меня, но никогда не смотрел в мою сторону. Ни разу.

Ой, да Бог с ним, с Золотцем. Не знаю, на каком пожаре они успели побывать, но собака его здорово дымом надышалась. Пришлось ставить капельницу и ждать. Я ввела препараты, проверила пульс, послушала лёгкие. Пёс дышал тяжело, но сердце работало. Я села на стул напротив Романа. Теперь нам обоим оставалось только ждать и наблюдать.

Находиться вместе в одной комнате оказалось сложно. За эти годы он возмужал и ещё сильнее похорошел. Плечи стали шире, фигура ещё мощнее, на подбородке лёгкая щетина, суровая складка между бровей. Он сидел, сжимая лапу своей собаки, и смотрел на капельницу, а я смотрела на него и чувствовала, как внутри всё переворачивается. Мне было семнадцать, когда я писала его имя в тетради на последней странице, чтобы никто не увидел. Мне двадцать семь, и он сидит в двух метрах от меня, а я всё так же стесняюсь своего лишнего веса, но при этом, как и прежде, мечтаю о большой и чистой любви. Времени прошло много, а с тех пор так ничего и не изменилось.

Чтобы наконец выдохнуть и успокоиться, я заменила капельницу, а потом попыталась спровадить хотя бы Ромку. Мне на сегодня и без него проблем хватало: брошенный щенок и надышавшийся дымом кобель. Надо же, какое совпадение, обе собаки одной породы. К слову, очень энергичной и довольно проблемной в содержании породы. Я уже прикидывала в голове, где размещу Купона на ночь, если он выживет. Отдельный бокс есть? Нет, занят. И куда? Не рядом же с малышом.

Сначала мы заполнили документы, потом я предложила Роману привести себя в порядок, ведь он весь в саже, да и запах гари неприятно щекотал нос. Затем я поднялась с места и коснулась его плеча, но резко одёрнула руку, сообразив, что, кажется, сошла с ума.

Рома поднял на меня взгляд, его глаза до сих пор были красные и очень уставшие.

— Когда его можно будет забрать? — спросил он глухо.

— Утром, если всё будет хорошо, — ответила я. — Ему нужен покой и наблюдение. Вы можете прийти часов в десять.

Он кивнул, снова посмотрел на Купона и погладил его по голове.

— Спасибо.

— Это моя работа, — сказала я сухо и сама почувствовала, как холодно это прозвучало.

Я отвела взгляд к капельнице, сделала вид, что проверяю скорость. На самом деле просто не могла смотреть на его лицо. В горле встал ком. Я ненавидела себя за эту неуклюжесть, за то, что не могу вымолвить ни одного нормального слова в его присутствии.