Книга Секреты старого сада, страница 70 – Дарья Калинина

— Ну, Господи благослови, теперь можно и перекусить!

Но рано она обрадовалась. Как только Оленька положила себе на тарелку первый блин, пожаловали гости. И первой пришла та, которая в жизни своей не упускала ничего съедобного.

— А я сижу на улице, — сказала Катюша, — и чувствую, вроде как блинами в воздухе пахнет. Принюхалась — точно пахнет. От тебя и пахнет. Ты чего же, напекла, а нас не зовешь?

Не дожидаясь себе отдельного приглашения, Катюша уселась за стол и положила себе несколько блинов на тарелку. Первый она слопала прямо так, без всякой начинки.

— Вкусно, — оценила она. — А с чем ты ешь?

— Форшмак. Он из селедки.

— А! Селедка! — обрадовалась Катюша и принялась щедро размазывать форшмак по блину. — А я Светке и говорю, чего мы, дуры такие, были у Андрея на ферме и хоть курицу себе там не взяли? Чего есть-то будем? Хоть шаром покати в доме. Но Светке мои жалобы хоть бы хны. Как не слышит меня. А из сладенького что у тебя есть?

— Ничего, — быстро соврала Оленька, хотя пахлавы оставалось еще приличное количество.

— И даже варенья нет?

— Есть, — поколебавшись, призналась Оленька, — малиновый джем. Будешь?

— Давай его сюда! И сметану тащи!

— Да там на донышке.

— Тем более тащи, чего ей портиться!

Третий блин Катюша щедро украсила, плюхнув на него большую ложку густой сметаны, а потом принялась чертить по ней разводы малиновым джемом. Узоры получались красивыми, все-таки Катюша была художницей и знала толк в натюрмортах. За этим занятием ее и застала Светлана.

— Опять что-то жуешь! — рассердилась она на подругу. — Да еще блины! Жареные! В масле! Катька! Сколько раз тебе повторять: с твоим сахаром блины для тебя — это катастрофа. Оля, ты-то должна понимать! Зачем ты ее кормишь тем, что ей вредно? Нельзя же так!

И Светлана проворно положила себе на тарелку два блинчика. Оленька едва успела взять себе второй, как все блины уже расхватали. Кривенького последыша дружно отдали Калачику, который давно уже наблюдал за этой блинной вакханалией с мягким упреком в своих карих глазах. Потом пили чай с тем же малиновым джемом, который как-то уж очень быстро закончился.

Катюша открыла рот, чтобы поинтересоваться насчет остатков абрикосового варенья с орешками, которые она заметила в холодильнике, когда лазила туда за сметаной, но перехватила взгляд Светланы и вовремя передумала.

— Пока вы обе дрыхли, — сказала Светлана, — я побывала в гостях у Андрея Георгиевича.

— И как он?

— Ну, его-то самого я не видела, они с мамой перебрались на свою ферму, там сейчас некому работать, сами понимаете, а дел накопилось много. Юлия Давыдовна тоже почти безвылазно находится у своих друзей, те оказывают ей всяческую моральную поддержку.

— Значит, дом Андрея Георгиевича стоит пустой? Там никто не живет?

— Теоретически так.

— К кому же тогда ты там ходила? С кем хотела повидаться?

— Ни с кем. Я хотела понять, что за фрукт сынок Юлии Давыдовны. Да и она сама. Пока дома пусто, я порылась в их вещах.

— Светка! — ахнули подруги.

— Ну а что тут такого особенного? Мы ведем расследование. Обыск — один из инструментов сыска.

— Но как ты попала внутрь?

— Обыкновенно. Стянула ключи у Юлии Давыдовны и попала.

— А если откроется, что ты шастаешь по чужим домам?

— Не волнуйтесь. Уже!

— Что «уже»?