Книга Последнее убежище, страница 72 – Клеменс Мишальон

Когда я подошла к красному дубу, Габриэль меня ждал – спокойный и решительный, словно уже попрощался с прошлой жизнью.

Я же была в полном смятении. За каждым деревом, в каждом темном углу мне чудился Эмиль. Ноги дрожали, в голове плыл туман – вся моя храбрость куда-то делась, и я не испытывала ничего, кроме страха.

— Ну, пошли, – сказал Габриэль.

Мы двинулись не к границе территории, а к главному корпусу, где жил и работал Эмиль.

Габриэль подошел к окну и, согнув руку, вознамерился разбить локтем стекло. Так мы не договаривались, и я быстро шепнула:

— Стой, не надо… – Повернув ручку на входной двери, пробормотала вполголоса: – Он не запирается.

Габриэль удивленно поднял брови. Ты серьезно?

Мы направились к кабинету. Габриэль знал, куда идти, – он там уже побывал семь лет назад, во время теста, как каждый из воспитанников коммуны, и моя помощь ему не требовалась.

— Ну что, – прошептал он, прикрыв за собой дверь и оглядевшись. – Начинаем?

Схватив стопку документов со стола, Габриэль принялся их комкать и укладывать вокруг книжного шкафа позади стола. Во всех его действиях по-прежнему сквозила холодная решимость.

Вспомнив о своей задаче, я вытащила из кармана стянутый из бара Джоан коробок спичек.

Чиркнула о коробок, однако Габриэль меня остановил:

— Погоди, Фрида.

Я проследила за его взглядом – он смотрел на стол.

А, ну да.

Открыв деревянный ящичек, я извлекла оттуда все наличные и, не считая, распихала по карманам.

Габриэль запустил руку под пальто и вытащил маленькую бутылочку.

Коммуна заботилась об экологии, поэтому мусор обычно сжигали. Странно было бы рассчитывать, что нас будет посещать городская служба по вывозу отходов. Габриэль усвоил простую истину: нет смысла пытаться поджечь кучу, если ты предварительно ее не полил горючим веществом. В коммуне его называли ускорителем, и в этом качестве использовали разные воспламеняющиеся жидкости, однако лучше всего подходил бензин – на нем работали генераторы, обогревающие кабинет Эмиля и заряжающие электромобиль.

Габриэль втиснул бутылочку мне в руку.

— Давай сама.

Глянув на нее, я покачала головой.

— Нет, не могу.

— Еще как можешь!

Габриэль накрыл ладонью мои пальцы, заставив меня сжать бутылку.

— Именно ты должна поджечь кабинет, – заявил он.

Я прекрасно понимала, о чем речь.

Габриэль осознал первым, что правосудие мне придется вершить самой, – иных вариантов нет.

Я принялась расплескивать бензин, и в этот миг меня посетила темная, зловещая мысль.

Эмиль спал наверху – это известно.

Возможно, Эдвина тоже там, помогает ему с новой кандидаткой. Стоит в углу, наблюдает или держит девушку за ноги.

Я замерла, открыв рот. Нет, наверняка я знать не могла, однако вероятность была высокой.

У меня перед глазами заплясали образы Эмиля, Эдвины и той девушки, которую заставили лечь в постель.

Она наверняка сбежит. Мы, девушки, с которыми произошла катастрофа, жили с постоянным ожиданием беды. Несчастная быстро сообразит, что пожар, прервав мерзкий ритуал, даст ей возможность улизнуть.

А Эдвина…

Эдвина – совсем другое дело.

Она захочет спасти Эмиля. Другой цели в жизни у нее нет. Эдвина, задыхаясь от дыма, попытается вывести своего повелителя из здания, вытащить его из огня. Она пожертвует собой, если придется.