Книга Акулий король, страница 139 – Саша Хеллмейстер

— Сегодня оставь его в покое, – хмуро велел Донни. Поли поднес к его губам новую сигарету, затем поднес и зажигалку. – Следи за ним, незаметно. Хотя нет, нынче не надо, он все равно это увидит и взбесится. Сейчас он обгадился от страха. Попозже возненавидит меня.

— Это было нужно, – с пониманием сказал Поли. – Видит Бог, малец переступил черту.

— Пока еще нет, – беспокойно произнес Донни. – Нам надо куда-то отослать его, и побыстрее. Чтобы он жил в другом месте, занимался другим делом от нашей семьи.

— Он метит на твое место, – мудро намекнул Поли. – Прости мне такие слова.

— Я не слепой, вижу сам. Я в его возрасте тоже жаждал власти. Потом уже понял: получив ее, взвалил на свои плечи невыносимое бремя, но Коди этого не поймет, да и время уже не то. – Он мрачно вздохнул. – Думай, куда его деть, Поли. Я тоже подумаю. А пока пусть придет в себя. Пусть вспомнит, твою мать, кто его босс.

— Выпьешь еще?

Тот вечер Камилла Морган провела в баре с одинокой подругой, которая, как и она сама, всегда была в постоянном поиске человека, способного составить ей компанию – не исключительно для одной только ночи развлечений или приятного аперитива перед ужином, но, быть может, такого, кто смог бы встретиться раз или другой снова и снова, чтобы она что-нибудь с него поимела.

Камилла знала: у нее были опьяняющие поцелуи и улыбка словно изо льда: она казалась стервой и была стервой, и мужчинам такое нравилось. Изящно облокотившись о барную стойку и подтянув на бедре кружевную резинку гладкого дорогого чулка, выглянувшего в разрез юбки, она – конечно, нарочно – тряхнула волосами такого редкого отлива, что они казались почти платиновыми, и с ленцой ответила:

— Нет. Сегодня здесь ловить нечего.

Подруга согласилась, кивнула. Камилла же, взяв в руку бокал для мартини из тонкого стекла, опрокинула его в себя с такой странной жадностью, что зеленая оливка на дне едва не соскользнула ей в рот. Поставив опустошенный бокал обратно на бордовую салфетку, Камилла потянулась к руке бармена и бесцеремонно, но с обаятельной улыбкой взяв его за запястье, посмотрела на циферблат наручных часов. Юноша улыбнулся ей в ответ. Он часто видел эту женщину здесь, за стойкой, и почти каждый раз – в компании совершенно разных мужчин.

— Я вызову такси, – сказала Камилла подруге, и улыбка ее погасла, как свет выключенных прожекторов.

Лицо стало похоже на покинутый праздничный зал, несомненно красивое, но до странного неприятное из-за деловитого, сухого выражения.

— Не выпьешь со мной еще? – подруге было скучно, она не хотела уезжать.

Камилла покачала головой.

Она, быть может, и вовсе не отправилась бы в бар, держи Коди слово: он обещал провести этот вечер с ней, только вдвоем. Они не стали бы покидать ее квартиру в Гленко. Запершись там, в уютном гнездышке на восемнадцатом этаже, она показала бы, как сильно умеет его любить. Такой страсти, такой нежности и отдачи он не получил бы ни от одной своей любовницы, и тем более от полуживой инфантильной скромницы-женушки Лучетти, которую Камилла презирала всем сердцем потому, что она овладела таким мужчиной, как Коди, и имела его в своем свободном распоряжении – но что именно делать с ним, не знала.