Книга Акулий король, страница 104 – Саша Хеллмейстер

Девушки рассмеялись, вторя одна другой. Так было и в пансионе. Те, кто посильнее, задирал слабых. Вдвоем, втроем накидывались на одиночку, чтобы заклевать: это было в порядке вещей в мире Шарлиз, потерявшей семью; это было в порядке вещей в любом мире одиноких, брошенных детей, выросших в одиноких и брошенных людей, и она умела не обращать на это внимания. Вежливо улыбнувшись, она покачала головой:

— Нет-нет, – вежливо возразила она, и смешки смолкли. – Что ты. Мы с ним не трахаемся. – На губах ее появилась усмешка, ядовитее, чем ожидали Кристалл и Кэндис. – Мы занимаемся любовью.

Пройдя мимо Кристалл и смахнув ее ладонь с дверной ручки, как случайно оставленную ветошь, Шарлиз отперла уборную и преспокойно вышла из нее, направившись к ложе. Ирландки нагнали ее. Кристалл резко заметила:

— Тебе нравится, что все его боятся, не так ли? Но скоро бояться надо будет Джо.

Кэндис весело улыбнулась.

— О чем ты? – не останавливаясь, из вежливости спросила Шарлиз.

Разговор казался ей глупым: она его не понимала. Она не знала, о чем они говорят.

— Ну как же, – усмехнулась Кристалл. – Дряхлеющий, но все еще грозный сицилийский лев. Ты думаешь, что обрела покровителя для счастливой и обеспеченной жизни?

— Нет-нет, дело не только в деньгах, это все оттого, что она рано потеряла отца, – с деланым сочувствием произнесла Кэндис. – Скучает, что не может сесть к нему на колени и приласкаться, поэтому нашла себе другого папочку.

Шарлиз обожгло гневом, но она хладнокровно смолчала и коснулась лестничных перил, чтобы подняться в ложу. Там они будут не такими смелыми и наглыми. Однако кто-то схватил ее за запястье: это была Кэндис. Когда Шарлиз обернулась к ней, была поражена, что вместо улыбки у той на лице сверкнул оскал, как у волчицы:

— Поберегись, дорогая. Ты ввязалась в опасную игру и выбрала не того человека.

— Но, если будет нужно выпутаться из проблем, – подмигнула Кристалл и оказалась рядом, зажав Шарлиз вместе с подругой у перил, – то вот, держи. Ты девушка умная.

Она протянула что-то. Шарлиз машинально взяла картонный прямоугольник из пальцев, сложенных как для сигареты, ножницами, и в непонимании поглядела в бледные, напудренные лица.

— Не показывай ему, – шепнула Кристалл. – Не показывай ему все, что можешь показать, и не отдавай все, что можешь отдать. Мы живем в такой обстановке, милочка, когда нужно беречь себя от мужчин.

— Что это? – холодно спросила Шарлиз, не убирая карточку.

Кэндис промурлыкала, склонившись к ней так, что едва не уложила голову на плечо Шарлиз поверх голубого шелка:

— Номер человека, который подскажет, что сделать, когда он решит избавиться от тебя.

Шарлиз не помнила, как отстранила девушек – с силой, одним движением руки. Она стремительно поднялась по мраморной лестнице: к входу в ложу никто ее не сопровождал, и, оставшись одна, она почти машинально, скользящим движением, сняла туфельку и убрала карточку под стельку, не до конца сознавая, зачем это делает. Сердце колотилось как безумное. Она чувствовала себя почти что предательницей. Сглотнув ком в горле и снова обувшись, она быстро поднялась до конца к ложе и, постояв у дверей, потянула за ручку.

Донни был там. Он стоял против Джо с совершенно холодным выражением глаз – таким, какого Шарлиз у него никогда не видела, и оба, смолкнув, как только открылась дверь, разошлись в стороны, будто бойцы по разные стороны октагона. Конор взволнованно сжимал в руках бокал с шампанским, но не пил. Донни перевел на Шарлиз взгляд. На широких скулах плясали желваки. Разговор, который он прервал, был явно очень неприятным – однако при виде Шарлиз Донни Мальяно сумел краешком губ улыбнуться, и она, стараясь владеть собой и выглядеть прилично, спокойно подошла к нему и взяла из его рук узкий бокал холодного шампанского.