Книга Разрешаю умереть, страница 64 – Питер Джеймс

— То есть?

— Мать о чем только не мечтала, но все ее мечты разбились вдребезги, раз и навсегда. Жизнь – отстойная штука. И школа тоже.

Не дожидаясь ответа, Бруно выбрался из машины, хлопнул дверцей и направился к воротам школы. Он проигнорировал двоих учеников, шедших туда же, и даже не обернулся, чтобы помахать отцу рукой.

Застывший за рулем Грейс смотрел ему вслед.

«Жизнь – отстойная штука. И школа тоже». Он в очередной раз – далеко не впервые с тех пор, как узнал, что у него есть десятилетний сын, – задумался, как Сэнди умудрилась воспитать такого уставшего от жизни циника.

Очевидно, что он умен. Чертовски умен.

И это опасно.

Во многой мудрости много печали.

Но Грейса волновала непредсказуемость Бруно. Детский психиатр, доктор Орландо Трухильо, говорил, что это лишь жизненный этап. Бруно свыкается с тем, что его мать умерла, а сам он переехал в другую страну, и таким образом возводит защитный барьер между собой и окружающим миром.

Хотелось верить, что Трухильо прав. Грейс не знал, что еще могут сделать они с Клио. Разве что поискать школу для одаренных детей. Но пойдет ли это на пользу? Ведь у школы Святого Христофора потрясающая репутация…

«Занятно», – думал он, отъезжая от школы под первыми каплями дождя и мысленно возвращаясь к брифингу по делу Иден Патерностер, который должен начаться через полчаса.

Грейс придерживался мнения, что более девяноста процентов преступлений совершаются теми, у кого было тяжелое детство: пьющие или жестокие родители, неполная семья. Бруно, с его одинокой матерью-наркоманкой, тоже входил в эту категорию.

Чтобы избежать исключения из школы, им снова требовались консультации специалистов, да побыстрее. Грейс решил, что пораньше вернется домой и обсудит все с Клио. Наверное, стоит поговорить с Бруно по душам – если парень пожелает открыться хоть на йоту.

3 сентября, вторник

Без четверти девять Рой Грейс, закончив недолгую встречу с руководящей группой, собрал в конференц-зале команду операции «Лагуна» и объявил второй брифинг открытым.

— Должен сообщить о существенном развитии дела. Прежде всего, муж Иден, Найл Патерностер, вчера вечером был арестован по подозрению в убийстве жены и провел ночь в следственном изоляторе. Сегодня утром Джон Экстон и Норман Поттинг проведут второй допрос в соответствии с разработанной стратегией. Детектив-констебль Алек Батлер, наш специалист по допросам пятого уровня, позже доложит, что Патерностер показал вчера ночью. Допрашивали его лишь однажды и до сего момента не озвучивали сомнений в правдивости его слов. – Грейс взглянул на свои записи. – Во время обыска в доме Патерностеров на Невилл-роуд обнаружились значимые улики. Во-первых, мобильный телефон. Мы установили, что он принадлежит Иден Патерностер. Ее муж заявил, что в воскресенье, когда они ездили в Пэрэм-хаус, телефон был при ней, но у него почти сел аккумулятор. Криминалисты, однако, нашли телефон в ящике под кроватью. Его спрятали под дамскими трусиками.

— Вот это я понимаю, порылись в грязном белье! – усмехнулся Поттинг и оглядел присутствующих, а Грейс покосился на него с чуть большим состраданием, чем обычно.

— Вторую важную улику, завернутую в целлофан, нашли за смотровой панелью в стене. Это разорванная женская футболка, предположительно принадлежавшая Иден, в пятнах крови. Ее отправили на срочную проверку в ДНК-лабораторию.