Книга Разрешаю умереть, страница 62 – Питер Джеймс

Вдруг он почувствовал тяжесть в груди и боль, как при несварении. Прострелы в обеих руках. Очередной приступ стенокардии. Его кардиолог настаивал на тройном шунтировании, но Олсон никак не мог выкроить время для операции. Только не сейчас, когда надо спасать бизнес. Быть может, после этой сделки.

Он порылся в кармане пиджака, выудил пузырек с крошечными белыми таблетками нитроглицерина и сунул одну под язык. Не прошло и минуты, как боль отступила. Черт! Симптомы проявлялись все чаще.

«Не вздумай отказаться от этой машины, Кристофер Гудман. Ты спасешь не только мой бизнес, но, быть может, и мою жизнь».

Теперь, когда у Ларри появилась очаровательная и заботливая подружка, ирландка по имени Шона, жизнь снова заиграла яркими красками и боязнь за здоровье отступила. Его прооперируют, а потом Ларри сделает все возможное, чтобы войти в наилучшую форму. Так он пообещал Шоне.

Он убрал машины, которые перекрывали выезд, раскрыл ворота, сбегал в кабинет, схватил с крючка на стене ключи от «БМВ» и решил проехаться по кварталу, чтобы убедиться, что машина в полном порядке. Как-никак, последние несколько недель она стояла без дела. Отключив заряжающий кабель, Ларри осторожно сел за руль, поморщился и крякнул, когда напомнила о себе больная поясница. Он бесшумно вывел автомобиль из салона и поехал на север по Черч-роуд. На первом повороте налево. Было без четверти восемь.

3 сентября, вторник

«Альфа-ромео» свернула на Нью-Черч-роуд. Бруно – как всегда аккуратно причесанный, в красном школьном блейзере, белой рубашке с галстуком в полоску, серых брюках и черных туфлях – сидел слева от Грейса и угрюмо молчал. Было без четверти восемь.

Тем утром Бруно находился в особенно странном расположении духа. За полчаса езды по оживленным в утренний час пик улицам он произнес лишь два-три слова. В ответ на вопрос, какие сегодня уроки, Бруно, не отрываясь от телефона, бросил громкое «Не знаю!». Судя по звуку, он смотрел видео в «Тиктоке».

Не оставляя попыток завести разговор, Рой спросил, будут ли после обеда подвижные игры, но Бруно лишь раздраженно вздохнул – дескать, оставь меня в покое, – после чего Грейс включил «Радио Суссекс» и какое-то время слушал новости и сообщения о дорожных пробках. Он надеялся, что в машине Бруно разговорится, но пока что этого не случилось. По опыту Грейс знал, что если не обращать на него внимания, то рано или поздно парень сам заведет беседу, и сегодня эта тактика сработала.

— Почему ты считаешь, что школа настолько важна? – спросил вдруг Бруно.

Рой убавил громкость.

— А ты считаешь иначе?

— От учителей никакой пользы. Я знаю больше, чем они.

— Да ну?

— Ну да.

— Почему ты так думаешь?

— Я не думаю, а уверен.

— Неужели? – удивился Рой, а про себя подумал: «От его самонадеянности и заносчивости временами дух захватывает».

— Конечно. Вчера я прощупал учителя географии. Спросил, как называется столица Казахстана. Оказалось, он не знает.

— Я тоже не знаю, – сказал Рой.

— Ты же простой полицейский, тебе не обязательно такое знать. Тебе платят не за это. В отличие от мистера Мейтленда.

— Ну и как она называется?

— Нур-Султан.

— Нур-Султан?

— Да. Я помню названия всех столиц на свете. А мистер Мейтленд даже не знает, сколько в мире стран. Я спрашивал, и он ответил «сто восемьдесят семь».