Книга Разрешаю умереть, страница 19 – Питер Джеймс

— Да.

— Часто ли между вами бывают ссоры?

— Нет… Не чаще, чем у других пар.

Снова щелчки клавиатуры, а затем очередной вопрос:

— Случалось ли вашей супруге испытывать проблемы с психическим здоровьем?

— Нет, никогда.

— Она причиняла себе вред?

— Вред? В смысле, могла ли порезаться?

— Нет. Меня интересует преднамеренное причинение вреда.

— Нет, это исключено, – сказал Найл.

— Ваша супруга Иден когда-нибудь говорила с вами о самоубийстве? Вы не задумывались, что она могла покончить с собой?

— Нет, ни в коем случае.

— То есть такую вероятность вы исключаете?

— Полностью! – Теперь Найл едва не кричал на женщину. – Ни за что не поверю, что она на такое способна! Черт, мы всего лишь поругались из-за наполнителя для кошачьего лотка! По-вашему, она могла наложить на себя руки из-за такой мелочи?!

Какое-то время ответа не было. Только щелканье клавиатуры.

— Оставайтесь дома, сэр, – сказала наконец оператор, – я отправлю к вам наряд как можно скорее.

— Да, конечно, – ответил Найл, – я никуда не уйду. Сколько мне ждать?

— Постараюсь прислать машину в течение часа. Если за это время что-то изменится, пожалуйста, перезвоните.

Найл пообещал, что так и сделает.

2 сентября, понедельник

— Скажи, что я ослышался! – воскликнул Гленн Брэнсон.

Он, по обыкновению, без стука вломился в кабинет Роя Грейса и теперь сидел перед столом детектива-суперинтенданта в излюбленной позе, опершись сложенными на груди руками на спинку стула, развернутого задом наперед, словно в каком-нибудь салуне на Диком Западе.

Рой думал, что уже знаком с самыми броскими галстуками Гленна Брэнсона, но штуковина, приколотая этим утром к его розовой рубашке, а теперь заброшенная за плечо, выглядела точь-в-точь как рассерженная и готовая к броску кобра.

Грейс потягивал кофе. Нежданный визит коллеги пробудил в нем нечто среднее между раздражением и радостью. Раздражением, поскольку он пытался сосредоточиться на рапорте о службе в оперативной группе по борьбе с насильственными преступлениями полиции Лондона. Эту информацию затребовал главный констебль, желавший выяснить, не способен ли многоопытный Рой подсобить полиции Суссекса в противодействии всплеску случаев поножовщины. Ну а обрадовался Грейс потому, что всегда любил общество Брэнсона, и после двух часов кропотливой работы ему не мешало бы отвлечься.

— Ты не ослышался.

— Куроводство?! Прошу прощения, но это еще что такое? У тебя какой-то заскок насчет кур? Знаю, в интернете хватает сайтов со всевозможными извращениями, однако… Куры?!

— Дружище, я знаю, что у тебя одно на уме, но спешу разочаровать. Завтра мы с Клио поедем в сельскохозяйственный колледж Пламптона на однодневный семинар по разведению кур. Бруно очень заинтересовался нашими курочками, он их просто обожает – особенно двух, с оперенными ногами. Назвал их Фрейлейн Андреа и Фрейлейн Джулия. И мы хотим поощрить его интерес.

— Фрейлейн Андреа? – Брэнсон подался вперед, задумчиво наморщив лоб. – И Фрейлейн Джулия? Кто дает курам такие клички?

— Тебя что-то не устраивает?

— Главное, чтобы Бруно все устраивало. Или правильнее называть его герр Бруно? – усмехнулся Брэнсон.

— Не смешно, – покачал головой Грейс при намеке на то, что его сын родился в Германии.

— Ну да, извини, – примирительно вскинул руки Брэнсон. – Так это твое куроводство… Не найдется ли ему применения в криминалистике?