Книга Умереть с первого взгляда, страница 107 – Питер Джеймс

Теперь Зуб уже прекрасно понимал, что происходит.

Оставив свой «поло», он торопливо прошел мимо припаркованных машин к «хендаю» так, чтобы его не было видно из офиса. Нагнулся к машине, нащупал под днищем магнитный маячок, снял его и положил в карман.

9 октября, вторник

Жюль де Коупленд уехал из аэропорта Гэтвик на новой машине, маленькой «киа», которую взял напрокат под другим именем, по другой банковской карте и в другой конторе по аренде автомобилей.

Он думал о своем пропавшем сообщнике. Вот же идиот!

Господи, это ведь надо было так по-глупому подставить под удар все их прибыльное дело!

Злость переполняла Коупленда, мешала сосредоточиться, и за последние полтора часа он ни разу не посмотрел в зеркало заднего вида.

А даже если бы и посмотрел, то все равно вряд ли заметил бы свет фар следующего за ним маленького «фольксвагена поло», поскольку их разделяло еще несколько машин.

По радио пела австралийская фолк-рок-группа «Сикерс»: «Мне больше не найти такого, как ты».

«Да ничего подобного, я запросто найду себе нового напарника. Чувак, ты уже в прошлом».

Но Коупленда все равно бесила эта история. Кофи мог испортить всю игру, если его поймают и заставят говорить.

Оставалось только надеяться, что ему тоже удалось скрыться.

Еще через тридцать минут, уже в Брайтоне, Жюль де Коупленд свернул с оживленной Дайк-роуд-авеню на обсаженную деревьями, уединенную Уитдин-роуд. Проехал вдоль ряда домов, остановился перед коваными чугунными воротами на кирпичных столбах и опустил стекло, чтобы охранник в аппаратной мог разглядеть его лицо.

Двенадцатифутовая, почти крепостная кирпичная стена защищала особняк с садом от посторонних глаз. Этот дом служил и его личной резиденцией, и штаб-квартирой агентства знакомств, на сайте которого орудовали виртуальные мошенники.

Пока открывались ворота, Коупленд убеждал себя, что Кофи уже здесь, сидит в частном кинозале и смотрит один из своих любимых документальных фильмов о гангстерах.

Но его там не было.

И ни в одном из туалетов тоже.

Да и в спальне никого не обнаружилось, если не считать человеческий череп на книжной полке. Кофи рассказывал, что выкрал его из могилы для проведения магических ритуалов, которым обучали в «Сакаве». Коупленд не возражал, пусть его приятель верит во что угодно, но сам он этой ерундой не увлекался.

Ему не нравилось даже просто находиться в одной комнате с этим черепом. Не нравилось до нервной дрожи. Слишком уж много это вызывало воспоминаний: о других черепах и мертвых людях. В те времена Тунде Оганджими (как тогда звали Коупленда) был гордым собой подростком-солдатом, однако теперь он уже больше не гордился своим прошлым. Мальчишке так просто промыть мозги, и по малолетству он верил всему, что говорили взрослые. Сейчас же он оставил в прошлом все эти убийства и зверства, всю эту дешевую идеологию войны за правое дело. Отказался от всего этого бреда. В отличие от Кофи. Да, временами приходится проявлять жестокость, потому что некоторые люди по-другому просто не понимают. Кофи все еще вставляет от насилия, а его самого — давно уже нет. Теперь он прется от суммы на своем банковском счету. Деньж-ж-жищ-щ-щи! Кассовый аппарат, шуршащий в голове.

Когда несколько лет назад Тунде Оганджими преобразился в бизнесмена Жюля де Коупленда, наладив деловые связи между Ганой и доверчивым Западным миром со всеми теми богатствами, которые так легко взять, его жизнь изменилась. После весьма скромного старта он сделался довольно состоятельным человеком и постепенно становился все богаче. Во всяком случае, вплоть до вчерашнего вечера. Кофи был хорошим, верным помощником, но, если его, боже упаси, арестовали, нужно порвать с ним, и как можно быстрее.