Книга Прайм-тайм, страница 28 – Максим Шаттам

Стемнело. Минивэны спецназа с включенными проблесковыми маячками мчались по национальной трассе 118 сквозь довольно плотный поток машин, выжимая максимальную скорость. Помимо всего прочего, бойцы проходили курс экстремального вождения и тренировались на автодроме для освоения скоростной езды.

Остен провел быстрый брифинг, и вереница автомобилей рванула с места – в основном «мерседесы-вито» и «фольксвагены-транспортеры», за которыми следовали два более резвых «ауди», на всякий случай. Колонна из пятнадцати машин мчалась, соблюдая минимальную дистанцию, чтобы какой-нибудь придурок не вклинился между ними, хотя на такой скорости это было почти исключено.

Канал «МД1» находился в районе Булонь-Бийанкур. Меньше двадцати минут от Сатори, если удастся сохранить темп.

Марко, сидевший рядом с Янисом во второй машине, недоумевал:

— А с чего нас дернули, если это в Булони? Там зона полиции, должна действовать БПР или ПСВР!^[12] – крикнул он, перекрывая шум мотора.

— Национальная система реагирования, – ответил Жислен, командир их группы, сидевший впереди рядом с водителем. – После терактов в «Батаклане»^[13] приоритет у ближайшего подразделения. Хватит разборок типа «это моя территория, не лезь».

Жислен был самым старшим из них – тридцать семь лет, ежик седых волос и характерный протяжный вогезский выговор с растянутыми гласными.

— Это понятно! – ответил Марко. – Но ведь они так же близко, как и мы, нет?

— Сегодня выдался не лучший денек. Со вчерашнего дня везде неспокойно, все перегружены, антитеррор тоже, у них сегодня вечером все в разгоне. Так что выпало нам.

Тусклый оранжевый свет дорожных фонарей падал на них через тонированные стекла.

— Совсем задолбали, – выдохнул недовольный Марко.

— Что, работа уже разонравилась?

— Нет, пока нравится. Но это значит, что мы сейчас останемся на подхвате, а командовать будет полиция. И придется им подчиняться. Не люблю такое.

— Да ладно, какая разница, кто кого, главное – работа.

Марко для вида что-то пробурчал.

Янис, знавший друга как облупленного, толкнул его ногой, подтрунивая над его ворчанием. Пока еще можно расслабиться перед выходом на сцену.

С каждой минутой, с каждым оставленным позади километром напряжение все возрастало. Никогда не знаешь, как долго продлится операция, как далеко им придется зайти и вернутся ли они в полном составе, целыми и невредимыми.

Пока они мчались к цели, начальство в одной из машин собирало всю доступную информацию. Нужно узнать побольше, чтобы занять оптимальную позицию по прибытии.

Подразделение спецназа состояло из двадцати человек. Двое командиров на самой вершине: офицер, обеспечивавший координацию между начальством, внешним миром и своими группами, и его заместитель, обычно самый опытный во всем подразделении, отвечавший за тактику. Ниже – два командира тактических групп, которые унаследовали от профсоюзных лидеров только способность объединять бойцов для выполнения приказов. Каждый из них руководил двумя звеньями по четыре человека – три бойца и командир звена.

Янис и Марко подчинялись Жислену. За рулем сидел Клем, третий член команды – здоровяк с выпирающими бицепсами и грудными мышцами, готовыми порвать любую обтягивающую футболку. Вчетвером они составляли второе звено. И было еще три аналогичных. Первое и второе подчинялись командиру, которого прозвали Черно́ из-за оттопыренных ушей, сломанного раз десять и навсегда искривленного носа и щек, изрытых следами давних подростковых прыщей^[14]. Именно Черно будет распределять их по позициям по прибытии.