Онлайн книга «Время неблагих. Книга первая»
|
— А наших остальных родственников с благодатью ты вчера видел, — сказал Лэрик. — Почему-то они самые упыри и есть. Все эти двоюродные тётушки, троюродные дядюшки, кузены, кузины, ещё какие-то там… остатки королевского вина: глоток — из колодца, глоток — из болотца… — Вдруг в голову пришло, — сказал я. — А если они упыри именно потому, что им вечно благодати не хватает? Своя ушла или не унаследовали… и хотят они её, ну… как в других странах к власти рвутся… — Заметь, ведьмак: у нас не рвутся, — хмыкнул Лэрик. — Вернее, рвутся только такие психи, как принц Бриан… но я сейчас думаю, что ему Эральд, отец Эральда, может, тоже благодати не додал? Просто вот отец дядьку любил, впрямь любил, а Эральд Старший, быть может, недолюбливал Бриана? — И он счёты свёл? А почему нет… — Он, быть может, хотел, чтобы его кормила деточка… — Тогда он был совсем не в своём уме, заяц: сперва продать деточку аду, а потом от благодати ждать… — Ну что он был малость не в своём, это ясно же… — А вот интересно, — сказал я, — что за человек был Эральд Старший? Нет, понятно, что отец… но вот сам по себе? — Его здорово не любили при дворе, — вдруг сказала Глейза. И тишина. Я сам обалдел. — А Гектор? — прорезался Рошер. — Ну… с Гектором они росли же вместе… вот если Эральд Старший Гектора любил, а Бриана — нет… У Гектора был государь-благодать, а брат — в сторонке, вечно голодный… — Ты не слишком горячо взяла? — поражённо спросил Лэрик. — Нет, — фыркнула Глейза. — Вот смотри: двор ведь на защиту государя и государыни не кинулся, при том, что Эральд Старший был благой. Я даже представить себе не могу, что он должен был вытворять, чтобы при таком раскладе подданные не рвались умирать за короля… — Ну так… я не знаю… ад же… — Заяц, смотри: в летописях, во всех летописях, пишут, что доверие лесных и полевых тварей чуть ли не основной частью королевского чуда было у Эральда Старшего. И женская любовь. А он любил только жену… это хорошо, но что делал с девицами, которые хватались за рукава? А ещё он обожал охоту. При том, что зверьё ему само в руки лезло. — И Бриан грохнул его на охоте… — Чего-то мы не знаем об Эральде Старшем, заяц. Глава 26 Ни к какому умному выводу мы тогда так и не пришли. Слишком мало информации — можно как угодно судить и рядить, но всё равно ведь непонятно, кто прав, а кто ошибается. И Эральд Старший, получается, мог же быть вообще любым, да? Ведь нашего Эральда не он воспитывал — он его даже не видел же… Думать об этом мне было как-то печально. Но думать было надо: всем нам хорошо бы понимать, с чем имеем дело. Ужинать нас позвал мажордом из-за двери. Мы переглянулись и осознали, что притащить коробку печенья на двоих, которым есть не хочется, и принести еду на четверых, которым хочется — это сильно разные вещи. И рискнули спуститься — на сей раз не в покои Лэрика, куда нас теперь не тянуло вообще никак, а в покои Глейзы и Рошера. — Это были комнаты бабули Талики, пока она ещё была девушкой, — сказала Глейза. — Но мы тут всё немного переделали. Портрет бабули Талики висел у них в гостиной. Бабуля Талика, ровесница Глейзы, оказалась очень тоненькой, полупрозрачной какой-то, очень светленькой девочкой с громадными синими глазищами, настороженными, почти испуганными. |