Онлайн книга «Время неблагих. Книга первая»
|
И они все посмотрели на меня. — Вы приготовьтесь, — сказал я. — К чему угодно. Есть у меня ощущение, что мы все очень сильно провинились. И как дальше пойдёт… вообще не представляю. Может, государь прикроет, конечно… — Скорее бы уже уехать, — вздохнула Глейза. Никто не стал спорить. При том, что у меня было ощущение, будто бойцы из нас — как из веника винтовка… А почему казалось, что тут, в башне, безопасно — это я не понимал. Но казалось — и башня очень нравилась Дару. А я уже хорошо понимал, что на него полагаться можно, даже нужно. И положился. Тем более что было невероятно уютно с моими августейшими и Рошером. Будто своих братьев и сестру нашёл… незнакомое чувство, я ж у мамы один был… а сестрички, дочери Шельда, почему-то… ну, в общем, они очень славные, но с ними и близко ничего подобного я не чувствовал. И они, по-моему, тоже чувствовали что-то похожее. Мне очень сильно нравилось, что Рошер расслабился и улыбался мечтательно — но без всякой упырячьей изнанки. На него чудо, которое августейшие сотворили на проспекте Милосердия, по моим ощущениям, хорошо подействовало. Я даже стал думать, что вот такие штуки, видимо, вправляют людям мозги — как будто объясняют, зачем на самом деле нужна благодать… Но, с другой стороны, придворные упыри наверняка видели чудеса моих августейших десятками — и на них это никак заметно не повлияло. Мы разговаривали о мрачных вещах. Сверялись, пытались как-то собрать в кучу всю нашу информацию… ни к чему доброму это не вело, но когда что-то понимаешь, есть некоторая надежда, что сможешь изменить… противостоять… — Мне, кстати, часто снятся такие твари, как тебе в зеркале почудилось, — сказала Глейза. — Не точно такие, но… что-то вроде насекомых из дыма, с жалом… Они не жалят и не пытаются, просто смотрят. Хотя у них нет глаз, по-моему… Рошера в это время, по-моему, накрыло полное отчаяние: вот как спасти жену от таких наваждений, когда ты — простец, всех этих тварей и не видел, и представить себе не можешь? Он на меня смотрел с надеждой — что я разберусь, как от них защищаться. Хотел бы я тоже надеяться… — Я несколько раз прямо слышал, как Даурин отцу говорил: ну вы ж не хотите, чтобы принца снова мучали кошмары, — сказал Лэрик. — Вообще интересно, чей человек Даурин… потому что люди Иерарха — Шельд и Преподобный Хирс. Хирс, конечно, тоже не мармелад, но… Даурин ведь точно от кого-то. Но никогда не говорил вслух, от кого. — А бывало, что тебя мучили? — спросил я. Душа у меня болела острой болью, как глубокий порез. — Конечно, — Лэрик воспоминания с лица стряхнул, как паутину, и всё равно я чувствовал, как его гложет… в этом было что-то от резонанса Дара, от моего быстрого понимания с Шельдом. — После заседания какого-нибудь Малого Совета, ага. В детстве приходили и смотрели, как на Глейзу… а в последнее время… не особо хочу говорить. Не просто кошмар, проснуться не выходит. — Отец всегда знает, — кивнула Глейза. — Мне кажется, он бы предпочёл, чтобы его жрали. Знает — и пытается зайцу подкинуть благодати… только после этих наших снов тяжело приживается… — Интересно, что им от государя нужно, — сказал я. — Знаете… наверное, это очень грубо прозвучит, но Шельд говорил, что король не правит же… — Что нужно! Благодать! — рявкнул Лэрик. — Очевидно же! Отец не правит… ну, не знаю… он им всё время нужен! У меня такое чувство, что без него всё, в бездну, остановится! Он нас с Глейзой и мелкой принципиально ни во что не посвящает, просто бережёт, по-моему… но им, Малому Совету, клиру, всем этим упырям, он нужен со страшной силой! И я знаю: им иногда очень важно, чтобы отец согласился на что-то. |