Онлайн книга «Фарфор Ее Величества»
|
— Элита не отсвечивает, — кивнул Индар. — Людям страшно, — сказал Гурд. — Многие предпочли бы маршала. Интересно, подумал я, почему мы с ним так разговариваем? А он с нами так — почему? Какой-то он до предела откровенный. С чего бы? — А вы бы маршала предпочли, мессир Гурд? — спросил Рэдерик. Гурд удивился и напрягся, как почти всегда те, кто начинает общаться с нашим принцем. С детьми вообще многим тяжело говорить, а тут… — Да, принц, — сказал Гурд. — Я думал, что будет… спокойнее… хоть на некоторое время. — Пока мессира Норфина не убьют? — спросил Рэдерик. Умеет шокировать взрослого дяденьку, доброе дитя. — Армия сумела прекратить беспорядки в городе за пару дней, — сказал Гурд. — Мы предполагали… что у страны будет время отдышаться после войны… — А «мы» — это кто? — спросил Рэдерик с любопытством. — Горожане, — сказал Гурд. — У меня половина города в знакомых и друзьях. Далеко не все — аристократы. И с газетёрами я общаюсь плотно… и знал, например, Найга из дома Вьюги, автора «Кошечки» знаменитой… вчера видел его… не знаю, жену или вдову. Она до сих пор не в курсе, в тюрьме он или мёртв. — А за что его посадили в тюрьму? — спросил Рэдерик. — Ещё при Рандольфе же запретили эту песенку, — сказал Гурд. — А Найга арестовали по подозрению в шпионаже, с тех пор никто ничего и не знает. — Запретили песенку? — поразился я. — Дурацкую песенку? Про кошечку? Индар удивился не меньше меня: — Так совершенно антиправительственная и провокационная песенка же. Ты вообще слышал её до конца, Клай? Эту песенку ещё весной запретили. И ещё десяток. «Кошечка мурлыкала своре адских гончих, а иначе сшили бы муфту из неё», понимаешь? — А про адских гончих нельзя было петь? — спросил Рэдерик уже Индара. — Будто их нет? — Видите ли, ваше прекраснейшее высочество, — сказал Индар, — под адскими гончими в этой песенке подразумевались, очевидно, те милые люди, которые получили особые полномочия от вашего отца. Ну и в целом нельзя же было вот так прямо заявлять, что война ведётся при помощи адских сил! Адские силы предполагались на побережье… верно, Клай? — Наверное, — сказал я. — Газеты у вас были знатно гнусные. Вот это всё бы послушать Ликстону, он бы повеселился… что это у нас получается беседа без газетёров? Тем более, как я понял, Гурд намекает, что он у них внештатным сотрудником был? Ну вот, давайте всем и расскажем. Как вы считаете, Гурд? Гурд от происходящего ошалел уже окончательно, но возражать не стал. И мы послали лакея за щелкопёрами, звать их в нашу же гостиную. Ну а что? Пусть ещё и светокарточки сделают, как наш Рэдерик сидит с ногами на диване в обнимку с Барном и с собачкой, а вокруг сплошной фарфор. Мол, гори оно всё синим пламенем — а принц жив, мы тоже, коронация не отменяется и не откладывается. Тем более что мы уже всё равно более или менее договорились, в каком направлении будем врать… ну или не врать, а просто гнать… В общем, по лицу Гурда мы уже поняли, что получается неплохо. И получилось — обалдеть. Потому что это получился обмен информацией. Не то что репортёры расспрашивают важных мессиров из правительства, а те им свысока бросают крошки и дают инструкции, а прямо они нам рассказали, как в городе, а мы им — что планируем делать в связи с последними новостями. |