Книга Костер и Саламандра. Книга 3, страница 108 – Максим Далин

У меня сердце сжалось, когда я разворачивала этот листок, пахнущий её фиалковыми духами. Мне настолько её не хватало, что иногда накатывало мгновенное желание бросить всё и бежать в столицу, – и сейчас оно накрыло снова. Но её слова, её ровный и изящный почерк, никогда, даже в моменты самого жестокого волнения, не превращающийся в каракули, – всё это меня встряхнуло и привело в чувство.

«Милая моя сестрёнка, – писала Вильма, – ах, как же я скучаю по тебе и как мне тебя не хватает! Весь жар моей жизни сейчас с тобой, я потихоньку молюсь, чтобы он тебе помог. Боюсь просить тебя возвращаться скорее – мы с тобой принадлежим Предопределённости, дорогая, и я знаю: ты вернёшься, когда закончишь работу.

И я тебя встречу, закончив работу.

Мы с тобой – хорошие девочки, мы справимся, ни на миг не сомневаюсь.

Передай милейшему мессиру Валору мой привет и благодарности его друзей-русалок! Только что я получила отличные новости. Сейчас передо мной лежит девятиозерская газета с передовицей, забитой паническими статьями: новейшие подводные корабли Прибережья нанесли страшный удар по рейду близ Драконьего Клыка, пустив на дно линкор «Непобедимый» и миноносец «Сердце Мира». Оба корабля принадлежали островитянам, но ходили под перелесскими вымпелами. Говорят, взрывы были чудовищны – настолько, что вылетели стёкла в портовых тавернах! Но ты же понимаешь, что «новейшие корабли» или «газетные байки» тут ни при чём, дорогая сестрёнка! Это русалки начали использовать наши подарочки – магнитные мины особой мощи.

У нас отличные союзники, но и сами мы никогда не знали себе равных на море! Остались сущие пустяки, дорогая моя, – научиться воевать и на суше. И я верю: мы уже многому научились. Если я верно понимаю известия, полученные от вампиров, мессира Валора и твоего друга Клая – мы готовим удар в очень чувствительное место. Надеюсь, им будет тяжело оправиться. Надеюсь, они не оправятся вовсе. Надеюсь на тебя. Желаю тебе везения и силы. Будь умна, будь хитра как кошка, быстра как ветер, просачивайся как вода, пусть никто не сможет тебя остановить, сестрёнка. Мы победим!

Я целую эту бумажку как умею, милая моя Карла, и представляю, что ты целуешь меня. До радостной встречи, дорогая».

Мне стоило большого труда взять себя в руки и дочитать. И потом я сунула за корсаж эту мокрую насквозь бумажку. Там, от тепла, она быстро высохла.

«Пожалуйста, не волнуйся за меня, – написала я в ответ. Мой почерк, если честно, выглядел гораздо хуже. – Мы уничтожим эту поганую дыру, заделаем, чтобы и следа не осталось. Спасём кого сможем. А прихвостней ада отшвырнём от нашей границы. Правда. И всё со мной хорошо, так и будет, ты же всё сделала, чтобы так и стало. А целовать письмо я не буду. Я лучше тебя, потом».

Кроме этого моего письма наш гонец-некрокавалерист взял ещё письма Валора, Клая и Майра. Я думаю, эти письма были в столице быстрее, чем вообще можно себе представить.

Я уже потом узнала, что мои друзья там написали. Впрочем, на следующий день, с утра, когда из столицы прибыл мотор. Его привёл мой старый приятель Лашер.

Мотор – потому что кое-какие важные вещи, которые заказали мои приятели.

Седло особой формы для Шкилета, чтобы мне было удобнее держаться верхом, – это понятно. Но это не всё.