Книга Путь Скорпиона, страница 240 – Павел Волчик

— Что это они не поделили? – спросил Мур, хлопая глазами.

— А ты не понял что? – ухмыльнулась Иви. – Или вернее – кого!

Её глаза блестели от восторга. Она, мол, в этом вопросе уже давно разобралась.

Ахти подумал, что эти её манеры всезнайки начинают раздражать.

— Всю дорогу от Глухолесья они ссорились, – сказал он остальным. – Если причина – Ру-Ру, то это многое объясняет. Кого же из них она выбрала?

— Да никого! – хохотнула Иви. – Они оба вертятся вокруг неё, но ничегошеньки им не перепадает…

— Прям-таки ничего? – спросил Ахти. – По-моему, так она тоже мечется.

— Давняя история! – театрально махнула рукой Иви. – О трагической любви. Но Фархад и Гаспар не терпели друг друга задолго до того, как стали ухаживать за Рузиль.

— И с чего бы?

Иви вдруг замолчала, плотно сжав губы и сглотнув, как будто сболтнула лишнего.

— Когда-нибудь расскажу, – тихо пообещала она. – А сейчас давайте обойдём шатёр и посмотрим, что там с чемпионом Тауруса.

— А шпионить нуоринам можно? – с вызовом бросил Мур.

— Если ученика не поймают, значит, он хороший разведчик, – подмигнула девочка и без колебаний шмыгнула между шатрами.

Как ни стыдно было Ахти подглядывать, но он наконец узнал, как устроен человек-скорпион, потому как на том даже портков не было.

Иви, увидав это, поморщилась и больше в прореху не заглядывала. А парни даже поспорили шёпотом – правильно ли всё увидели.

Гаспар сидел на циновке, низко склонив голову на грудь, и что-то напевал. Звучало это как мычание, но временами угадывался какой-то древний боевой мотив. Клешня тяжёлым грузом лежала у бедра. Пальцы его здоровой руки смыкались на горлышке глиняной бутыли с оплёткой.

Блестящий агатовый панцирь пересекал его спину наискось и плавно переходил в мышцы и кожу. Будто он надел кожаный доспех, прикрывавший только левую часть тела.

Ниже пояса он выглядел как обычный человек, хотя именно эта часть тела, вызвала у ребят больше всего обсуждений.

Временами Гаспар почёсывал затянувшуюся рану от болта, временами опускал руку в банку у ног и втирал мазь в ноющее колено.

Сложно было представить, что он сможет подняться на помост, не то что станцевать знаменитый танец Большого Улова, в котором нужно было двигаться с бешеной скоростью, имитируя разнообразных тварей морских.

Неподалёку от входа в шатёр стояла пузатая бочка, из которой густо валил пар, наполняя жилище Чемпиона запахами сандалового дерева и неизвестных терпких трав.

Не успели разведчики как следует разглядеть всё нехитрое убранство шатра, как в комнату вошёл Ориоль, громко высморкался, мельком огляделся и, сложив на груди волосатые руки, быстро затарабанил ногой.

— А ну, полезай в бочку, Клешнявый! Два раза повторять не стану!

— Сам полезай в бочку, клоун! – ответил Гаспар заплетающимся языком. – Я тебе не сельдь какая-то там…

— Дурень ты абрикосовый! – Ориоль подошёл и, согнувшись, положил ему руку на затылок. – Мы ж тебя силой запихнём. Нас же четверо. С нами Зубрик.

— Ну запихните! Я вам устрою!

Он тяжело клацнул клешнёй.

Ориоль прогулялся до сундука, бросил ему заштопанные штаны:

— Тогда одевайся – и в путь. На границах неспокойно. Канто шлёт вести, что туман ширится. Слуги Мероншоха обнаглели настолько, что подходят к самым рубежам, вербуя всех подряд. Тебе работа найдётся.