Книга Два сплетенных венца, страница 23 – Рейчел Гиллиг

Ее волосы оказались удивительно тяжелыми, плотными и достаточно длинными, чтобы их можно было намотать на кулак и потянуть.

Элм отогнал эту мысль, перебросив копну золотистых волос через ее плечо. Правой рукой он сжимал нож.

— Замри. – Он провел кончиком лезвия по шнуровке платья. Когда юбка, а за ней и лиф упали на пол, Элм прикусил щеку изнутри. – Надеюсь, это было не самое твое любимое платье.

Айони отступила на шаг.

— Твой отец подарил мне его на Равноденствие, когда объявил о нашей с Хаутом помолвке. – Она взглянула на платье с подчеркнутым безразличием. – Теперь оно годится только на растопку.

Камин был единственным, что освещало комнату. И все же Элм четко видел очертания тела Айони, все его изгибы – от начала и до конца – под влажным шелковым бельем. Он заставил себя снова отвернуться к огню.

— А Карта Девы, которую дал тебе мой отец? Я думал, ты прятала ее здесь. – Он сморщил нос, глядя на разорванную ткань.

Айони скрутила волосы, выжимая последние дождевые капли.

— Ты мог бы обыскать меня. Хаут бы обыскал.

При упоминании имени брата Элм сжал губы в тонкую линию.

— Наши методы различны – его и мои. – Он украдкой взглянул на Айони, но тут же перевел взгляд обратно на камин. – В изножье моей кровати стоит сундук. Бери что захочешь.

Скрипнули железные петли. Айони перебирала его одежду, иногда останавливаясь, чтобы погладить ткань.

— Ты носишь слишком много черного, – пробормотала она себе под нос, – для принца.

Элм промолчал. Когда он обернулся, Айони уже натягивала через голову темную шерстяную тунику, которая доставала ей до колен и была широка, пряча ее фигуру. Это была одна из тех вещей, в которых он притворялся разбойником по ночам.

— Вот, – сказала Айони, бросая ему чистую рубаху и бархатный дублет того же бездонного черного цвета. – Тебе подойдет.

Взъерошив волосы, Элм натянул рубаху через голову и спрятал Косу в карман, натянул дублет, но, когда он попытался затянуть шнуровку, шелк выскользнул из его распухших пальцев. Он тихо выругался.

— Моя очередь. – Айони шагнула вперед, потянувшись было к шнуркам, но тут же отдернула руки. – Если, конечно, тебе нужна моя помощь.

Элм сверкнул на нее сердитым взглядом.

— И подумать только, я даже никого не убил – а ты задолжала мне услугу.

Уголки губ Айони дрогнули. Ее пальцы подхватили шнурки и ловко засновали, продевая их в петли. Закончив шнуровку, она ухватилась за концы шнурков и дернула, подтолкнув Элма вперед, чтобы затянуть шов.

— Будь со мной понежнее, – проворчал он. – Я хрупкий.

Ресницы Айони коснулись ее щек, когда она опустила глаза, завязывая шнурок тугим узлом чуть выше пупка Элма. Она пахла улицей: дождем и полями. Пьянящий, тоскливый запах, от которого у Элма поплыло перед глазами. Он отстранился. Стоило ему это сделать, соль обожгла ему нос, будто кто-то плеснул ему в лицо ледяной морской водой. Он забила его уши, его глаза, его ноздри. Он закашлялся.

Голос кузена коснулся темных уголков его разума.

«Элм, – позвал Рэйвин, – где ты?»

Элм прерывисто вздохнул и повернулся спиной к Айони.

«Я? А что насчет тебя? Тебя не было целую вечность. У меня было проклятое дежурство без тебя»

«Я все объясню. Ты у себя?»

«Да, но… Подожди, Рэйвин, я…»

Он пропал. Соль схлынула с Элма волной. Когда он повернулся к Айони, она наблюдала за ним. Он бросился к сундуку с одеждой и зарылся в него.