Книга Два сплетенных венца, страница 19 – Рейчел Гиллиг

Он вернулся на дорогу и спрятал Черную Лошадь в карман, освободившись от ее силы.

— Ты не ранена?

Айони стояла рядом с конем, опустив голову и вертя что-то в руках: его Косу.

— Хоторн, – позвал Элм, перекрикивая шум дождя. Он подошел ближе, стараясь не вступить в кровь.

— Я никогда раньше не держала в руках Косу, – сказала она, ее гибкие пальцы продолжали крутить Карту. – Хаут не позволял мне даже прикоснуться к ней.

— Эта Карта не для забав. Если использовать ее слишком долго – боль будет невыносимой. Верни ее, пока не навредила себе.

Айони отступила на шаг.

— И все же вы ведете меня к королю, который навредит мне наверняка, хотя я ничего не знала о магии Элспет. – Уголки ее губ дрогнули, приподнимаясь. – И не имела отношения к неудаче, постигшей Хаута.

— Не я решаю твою судьбу. – Элм судорожно вздохнул и вытер окровавленные пальцы о тунику. Темная ткань быстро впитала пятна. – Отдай мне Косу.

Айони протянула ему алую Карту. Но, стоило Элму потянуться за ней, она спрятала Карту за спину.

— А что мне за это будет?

Элм сердито посмотрел на нее. Он никогда не узнавал о негативном воздействии Девы на того, кто ей пользуется, у того, кто ей пользовался. Все, что ему было известно, он почерпнул из «Старой Книги Ольх», и там говорилось, что любой, кто слишком долго подвергается воздействию розовой Карты, пострадает от бессердечия. Он представлял себе черствость, безразличие, презрение. Но, глядя в лицо Айони Хоторн, он не видел ничего из этого. Он не видел вообще ничего. Она слишком хорошо скрывала свои чувства.

Его беспокоило, что он не может понять ее – женщину, которая пустила стрелу в шею человека, не задумавшись ни на секунду.

Элм сплюнул скопившиеся во рту мокроту и кровь в куст ракитника.

— Это моя Карта. Я ничего тебе не должен.

— Я спасла вам жизнь.

— Я бы справился и без тебя. – Он кивнул на лужи крови на дороге: – Ты только устроила беспорядок.

— Я могла бы позволить ему застрелить вас. Могла бы сбежать с Косой. Но я этого не сделала.

— По доброте душевной, – Элм сделал еще шаг вперед, – если бы только она у тебя была.

— Я спасла тебе жизнь, – в этот раз слова Айони прозвучали резче, – у всего есть цена.

Элм был так близко к ней, что его тело укрыло ее от дождя. Он чувствовал ее дыхание на своем лице.

— Дай мне Косу. Сейчас.

— Не подходи ближе. Вообще-то… замри.

Запах соли стал таким сильным, что у Элма защипало глаза. Прежде чем он успел потянуться, чтобы заломить руку Айони и вырвать у нее свою Карту, он почувствовал, как напряглись его мускулы. Сначала вспотели ладони, потом затылок. Он попытался протянуть руку – но не смог пошевелиться. Он застыл как вкопанный.

— Хоторн, – предупредил он, напрягая челюсть. – Прекрати.

— Заплати.

По шее Элма пополз жар. Его мышцы, суставы, кости – не подчинялись его приказам, как бы отчаянно он ни приказывал им шевелиться. Такова была сила Косы. Айони могла заставить его прыгать на одной ноге до тех пор, пока у него не хрустнет лодыжка. Она могла заставить его выбросить амулет и бежать без оглядки в туман. Она даже могла заставить его снять с пояса нож и вонзить его себе в сердце.

Застарелый ужас, похороненный глубоко внутри Элма, пробудился. Прошло уже много времени с той поры, когда он подвергался воздействию Косы.