Книга Дитя титанов, страница 119 – Джен Уильямс

Принцесса перевела дыхание, чувствуя, что у нее начинают сдавать нервы.

— Так мы договорились, посланник? Ты будешь нашим человеком в замке, а мы обеспечим тебе и двум твоим друзьям безопасный выход с острова.

Каэто молча взвешивал варианты.

Эпона стояла перед ним, вздернув подбородок и не сводя с него пристального взгляда. Она поняла, что не угадает его ответ. Если он скажет «нет» и пойдет прочь, что ей тогда делать? Взять его в плен? Но смогут ли они с Джек сделать это вдвоем? И захочет ли Икарайн обменять его на мать?

Хотя ответ на этот вопрос она уже знала: человеческие жизни ничего не стоили для королевы отанимов.

— Я говорил вам, что ключ к Икарайн – ее сын, Малаким, – заговорил наконец посланник, понизив голос до шепота, так что Эпоне пришлось наклониться к нему, чтобы услышать. – И у меня есть к нему доступ, точнее, он есть у моей помощницы. Я предлагаю вам похитить его и спрятать.

Калибурн снова зазвенел, теперь громче.

— Скажи ему, чтобы он заткнулся, – зашипела Эпона. – Если нас услышат…

— Меч гласит, что убийство ребенка, любого ребенка, является поступком, недостойным любого воина.

— Яйца Магога, Джек, ну кто сказал, что мы собираемся его убивать? – Эпона откинула волосы с лица. На самом деле, едва услышав от Каэто о ребенке, она именно об этом и подумала. – Мы их обменяем, да? – Она посмотрела на Каэто. – Она отдаст нам мою мать, а мы вернем ей сына.

Он кивнул:

— Не приводи Малакима на обмен сразу. Сначала спрячь мать. Если Икарайн увидит сына раньше, чем Броудика исчезнет, она наверняка убьет и ее, и всех, кто придет на обмен. Вообще-то, мне кажется, что тебя, принцесса, она убьет в любом случае, только за дерзость. Так что риск очень велик.

— Но ведь у нас нет выбора, верно?

И тут посланник Каэто улыбнулся – впервые за все время. План принцессы был рожден отчаянием, и от этого ему стало легче. Раз его помощь – ее единственная надежда, значит ей можно верить. Между ними зародилось хрупкое доверие.

— Как вы передадите сообщение Икарайн? – поинтересовался Каэто. – Это не можем сделать я или моя помощница. Я готов сотрудничать с вами, принцесса Эпона, но не подвергну прямой угрозе ни ее, ни себя. Если Икарайн хотя бы заподозрит, что мы в этом замешаны…

— О, не волнуйся, – заверила Эпона, вспомнив о копьеметалке. – Мы пошлем ей письмо.

— Ты чего-то недоговариваешь?

Орешек умолкла. Киллиан стал допытываться, но птица улетела от него подальше, на вершину высокого дуба. Его мать стояла перед ним и, слегка приоткрыв рот, таращилась на мужчину на том берегу пруда. Она напоминала зверька, замершего на лунной полянке под пристальным взглядом совы. Мужчина не замечал ее. Нагой, он, сидя у пруда на корточках, брал пригоршни воды и растирал ее по своей сияющей загорелой коже и темным волнистым волосам. Даже издалека Киллиан видел, что глаза у него зеленые – глубокие, блестящие, как изумруды.

Он открыл было рот, чтобы спросить, кто это, но понял, что и так знает. Мужчина излучал энергию, не присущую человеку. Киллиан видел, как в его волосах распускаются листья всех оттенков зеленого. Там, где только что стояла его нога, уже пробивалась свежая травка. «Значит, Зеленый человек действительно может быть человеком», – подумал он. Браэла бесшумно вышла из своего укрытия, но Зеленый человек все же услышал ее. Он испуганно вскинул голову, скорее по-оленьи, чем по-человечьи. Сходство еще усиливали венчавшие его голову ветвистые рога. В этом жесте Киллиан прочел предупреждение, но его мать не обратила на это внимания. Она, спотыкаясь, вышла к краю пруда, двигаясь как во сне.